Дорога огня. Том I. По ту сторону

– Почему? – спрашиваю раньше, чем думаю. На перепачканном лице застывает уязвимое выражение:

– Бабуля уже старая, ей тяжело ходить.

– А мама и папа?

– Мама не живет с нами, только в гости ходит. А папа…

– …умер, да? – позади нее с лязгом останавливается вагон.

Опускает ресницы. Стряхивает мусор с остатков юбки. Едва разбираю слова:

– …ма сказала: такие, как папа, не попадают на небо. Я подумала, что встречу его там, где живут привидения. Но хорошо, что не встретила, да? – из открывшихся дверей выходят люди.

Поток равнодушно огибает малышку, обнявшую себя за плечи. – Там страшно… только я теперь не понимаю, где он.

– Здесь. Он будет рядом, пока ты его помнишь. Пока скучаешь, – в конце все хотят лишь иметь значение. Пусть даже для одной только маленькой девочки. – Невидимый, но… это гораздо лучше дома с привидениями и даже неба.

Улыбается дрожащими губами – кругляшек леденца уже едва заметен. Голубой взгляд теряет фокус, а потом девочка рвано кивает, коротко машет раненой рукой на прощание и успевает скользнуть в закрывающиеся створки.

Я смотрю вслед, пока фигурка за стеклом не размывается расстоянием. Ложусь на нагретое дерево скамейки. Мышцы ноют. Живот сводит от голода. Надо вернуться на сорок вторую улицу, забрать сумку: внутри пропуск, без него не попасть в общежитие. Но сначала полежу пару минут, я по-настоящему заслужила. Тихонько, чтобы никто не услышал, обещаю:

– Сегодня я перестану убегать.

Летний зной обнимает одеялом. По спине ползет капелька пота. Люди расходятся, мимо шумят машины.

Звуки отдаляются, тают. Еще чуть-чуть отдохну, и…

Проснувшись, долго не могу понять, где я и когда. Спрашиваю время у ждущей трамвай старушки – та брезгливо поджимает губы, но выплевывает:

– Двенадцать дня.

Что?

– Какой… какой сегодня день?

– Среда, – второе июня. Господи! Я проспала весь день и ночь! Целую ночь, полную темноты, и ничего не случилось! Я фыркаю – старуха шарахается в сторону. Ха! Конечно, я грязная, растрепанная, залитая кровью. Как не забрали в полицию? Подтягиваю колени к груди.

Внутренности горят, тело ломит, а в горле клубится кашель, но я хохочу, не в силах остановиться:

– Кости работают! Я не одна вижу тени! Я не одна такая, я не сумасшедшая! – часто оглядываясь, старуха семенит прочь. Я смеюсь, спрятав лицо в ладонях, и вместе со мной смеются маленькие серебряные звезды.

***

Парковка оказалась на другом конце города от общежития и улицы, где я нашла девочку и потеряла сумку.