Доверься

– Стой, не уходи, – всё, что смог выдавить я.

– Сынок, маме тоже нужно отдохнуть, у мамы была очень тяжёлая неделя, и не только эта, – заявила она, не переставая улыбаться, подошла чуть-чуть ближе и тут же выскользнула из моих рук. Вот это был маневр. Нет уж, так просто я ей уйти не дам. Я вскочил и под оханье и аханье кукол и удивлённый взгляд Тима, помчался за ней. Но то ли она действительно была видением, то ли у меня ноги ватные, я снова её потерял. Я шарил глазами по всему залу, но её не было. Я чувствовал себя поехавшим, не иначе.

Я вернулся за столик и спросил Тимоху:

– Ты её видел?

– Кого? Твою мать? – не вдуплял он.

– Да, блин, мою мать! Только что! – крикнул я погромче.

– Егорыч, завязывай бухать, это была не она, а какая-то секси-куколка, – заржал мой друг.

– Иди ты нахер, дебил, она не куколка! – кинул ему я и опять вернулся к поискам.

Я снова шарил по всему залу и тут, наконец, увидел её на танцполе, она танцевала рядом с какой-то девушкой и периодически о чём-то переговаривалась с ней.

Я быстро протиснулся сквозь толпу и схватил её за локоть. Она напряглась и развернулась, но, увидев меня, чуть расслабилась.

– Лер, всё нормально? – уточнила у неё девушка.

– Да, Марин, это мой мажор, всё ок, – сказала она сквозь смех, но я пропустил мимо ушей, то, как она меня назвала. Зато «мой».

– Я тогда пойду за столик, если что, кричи, – пошутила девушка и удалилась. Понятливая. Хотя, меня бы и её присутствие не смутило.

Я резко придвинул Леру к себе, укладывая её руки себе на шею, а свои ей на талию.

И хвала небесам, что люди придумали танцы, потому что Лера не отталкивает меня! А я могу законно её полапать.

– С кем ты здесь? – этот вопрос меня очень интересовал.

– С сестрой, – быстро отвечает она.

– И? – я же понимаю, что они здесь не вдвоём.

– И с её женихом, они скоро поженятся, – также быстро добавляет она.

– И? – спрашиваю я опять, потому что чувствую, что она не договаривает.

– И с Давидом, – выдыхает она и отводит взгляд.

– А Давид у нас кто? – уточняю я, и чувствую, что это всё мне уже не нравится.

– А Давид у нас доктор физко-математических наук, – говорит она спокойно, всё также, не глядя на меня.

– Какая важная птица! Еврей? Обрезанный? – сам не знаю, зачем ляпнул я.

– Громов, ты не исправим! Просто хам! – кажется, мои слова её разозлили, и она решила отстраниться. Ага, сейчас! Вжимаю её сильнее – не выпорхнет пташка.