Операция «Эльба», или Почему не сработала ядерная кнопка

Рассмеялся:

– Да мы все параноики! От того, что твоя мама что-то ляпнула, мир не рухнет!

И хотя подобное как раз случалось во многих семьях и не раз, все облегчённо засмеялись и продолжили ужинать, кроме Михаила: он уже надел пальто, шапку и направился к двери.

– Он просто эксплуататор, – вздохнул Михаил.

Неудивительно, что жена была другого мнения о его начальнике.

– Тебе у Григория учиться надо, – сказала она, уже не обращая внимания на сына, навострившего свои большие уши. – Вот уж настоящий советский человек и знает, чего хочет.

Он не будет время тратить на мечты об… – она осеклась. Теперь уже она сама не решилась назвать вслух заклятого врага России.

Михаил пожелал им спокойной ночи, закрыл дверь и вышел на улицу. Под ботинками скрипел снег, а он думал о прошлом, когда и он, и Григорий, оба добивались руки Рады. Уселся в промерзшую насквозь «ладу» и, прислушиваясь к кряхтению стартера, пробормотал: «Подумать только, и я победил!»

* * *

Дернувшись, «лада» остановилась, и Михаил вышел на снег.

Холодно – это ничего. Он был совершенно уверен, что в машине было ещё холоднее, несмотря на старательные завывания обогревателя. Загребая снег, пересёк стоянку и подошёл к чёрному ходу здания лаборатории – приземистой серой постройке, элегантной как кирпич. Стальная дверь тоже была серая и не очень плотно примыкала к косяку. Ткнул ключом в замочную скважину. Кольцо с ключами выскользнуло из замёрзших пальцев, и вся связка утонула в снегу рядом с ногой.

Пока Михаил, согнувшись, рылся в поисках ключей, дверь лаборатории со скрипом распахнулась, едва не ударив его по голове.

– Ты что там – на подножный корм перешёл? – спросил Григорий, и вместе с его дребезжащим голосом пахнуло тёплым и затхлым духом лаборатории. – Картошку не сезон копать, Мишка.

– Мои ключи, мои ключи, – причитал Михаил. Наконец он нащупал их, выпрямился и потряс связкой, чтобы стряхнуть с неё снег.

– Давай, заходи!

Михаил с радостью послушался.

– Ты мне всё тепло выпустишь, – добавил Григорий.

Эти избитые нелогичные фразы его руководителя надоели Михаилу до чёртиков.

– Как будто такое возможно, – пробормотал он, пока Григорий сражался с упрямой дверью, пытаясь её закрыть. – Что такого срочного случилось, чтобы оторвать меня от ужина?

– Результаты испытаний. Всё насмарку, не пойму почему.

Григорий шёл впереди по широкому, плохо освещённому коридору в сторону главной лаборатории.