С понтификами по белу свету. Записки участника папского пресс-пула

    Александр АВДЕЕВ,

    Посол Российской Федерации при Святом престоле

Пролог на небесах

Весьма лестное предложение

В третьем салоне папского самолета, отведенном для журналистов, мне вспоминалась под мерный гул моторов история, которая предшествовала этим поездкам. Эта история моего участия в папском пресс-пуле началась в Риме в канун Пасхальной недели 2002 года с неожиданного телефонного звонка: в трубке раздался хрипловатый, с характерным испанским акцентом, голос пресс-секретаря Папы Римского Хоакино Наварро-Валльса, бывшего врача и журналиста.

Доктор Наварро, обычно не очень балующий нашу пишущую братию своим вниманием, настойчиво предлагал явиться в Апостольский дворец на загадочную «конфиденциальную встречу» с неким высокопоставленным прелатом Римской курии.

Прибыв в назначенное время к Бронзовым вратам под колоннадой Бернини, я получил из рук швейцарского гвардейца пропуск в папскую резиденцию. Служка почтительно проводил меня через большой внутренний ватиканский двор Святого Дамаса, провел по крутой и широкой лестнице на второй этаж главного дворца и оставил у дверей с папским гербом и мраморной табличкой «Управление литургических церемоний Верховного Понтифика».

Там уже собралась стайка коллег из Ассоциации иностранной прессы, которые гадали о причине столь таинственного вызова. Увидев меня, они радостно загоготали: «Все понятно, сегодня нам наконец сообщат о визите папы в Россию!» И ошиблись.

Ровно в десять под звон колоколов собора Святого Петра к нам вышел высокий худощавый священник в очках и пригласил в свой кабинет. Это был главный папский церемониймейстер монсеньор Пьеро Марини, епископ Мартиранский, всегда стоявший по правую руку Иоанна Павла II во время торжественных служб и потому всем хорошо знакомый благодаря телевидению и фотографиям в газетах. Просторный и светлый кабинет с окнами на площадь Святого Петра был «выкроен», как нам объяснили, из бывшей опочивальни папы Юлия II, на стенах сохранились остатки старинных красочных фресок школы Рафаэля.

Рассевшись за большим круглым столом, мы обнаружили, что нас ровно двенадцать человек, «наверное, по числу апостолов», – в шутку предположил немецкий журналист Эрих Куш. Впрочем, и это заблуждение скоро рассеялось. «Я пригласил вас, господа, – по-гоголевски начал речь епископ, – чтобы передать личную просьбу святого отца.