Хрусталь и пепел

Элла, коротко объяснила, что их королева теперь здорова, и позволила забрать её в покои.

Стражники вышли из камеры, на носилках сладко спала Дри, улыбаясь чему-то во сне. В её новой жизни все было хорошо. Муж, будущий ребёнок-наследник и страна, которая любит её. И ни одного воспоминания ни об Элле, ни о Рабе.

4

Несколько месяцев спустя…

Элла сидела в покоях крестной и слушала, как отчаянно спорит Анастасия. Она рассказывала тётушке Эллы, что изменилась за это время и не хочет возвращаться. Они спорили, кричали и прервались, лишь когда зашёл Анри.

– Завтра будет прием по случаю дня рождения Дри… Дризеллы, – сквозь зубы сказал он, стараясь не смотреть на Эллу. – Ты не должна…

– Я помню, Ваше Величество. Меня там не будет, – улыбаясь, сказала Элла.

Из коридора послышался шум, дверь в покои отворилась, и оттуда раздался отчаянный крик:

– У принцессы Дризеллы начались роды!

Анри побледнел и выбежал.

Едва все стихло, и тетушка с Анастасией продолжили свой спор. Этот разговор начинался каждый раз, стоило им встретиться втроем.

Тетушка так и не наложила заклинание забвения на Анастасию, и что-то подсказывало Элле, что та и не собирается этого делать.

– Стоп! – Элла прервала все ещё ссорящихся двух близких ей людей.

Анастасия и крестная замолчали.

– Думаю все решаемо. Можно взять с Анастасии клятву о неразглашении или наложить на неё заклинание, не позволяющее никому все это рассказывать. Это осуществимо, если ты пообещаешь правдиво играть перед Дри.

К тому же, – Элла посмотрела прямо на тетушку, – король Джордж ведь тоже все помнит?

Анастасия кивнула, то же сделала и тетушка. Спустя пару минут Анастасия на коленях произнесла слова клятвы, а после тетушка ещё и наложила заклинание.

Прошло ещё несколько часов, Анастасия все говорила и говорила, стараясь подавить неловкое молчание.

– Мою маму выдали замуж, и она покинула столицу, уехав с мужем в какую-то глушь. Видимо, её Анри так и не простил. Он и на Дри, кажется, смотрит с подозрением.

 – Анастасия вздохнула. – Жалко её, она постоянно плачет. Ведь Дри ничего не помнит и не понимает, чем заслужила такое отношение.

Элла рассеянно кивнула.

– Я не оправдываю её, – быстро добавила Анастасия. – Но она моя сестра.

– Я все понимаю, Ана, – ответила Элла, осторожно касаясь руки сестры.

– Сама не знаю, как жить дальше? Поместье и все территории теперь оформлены на меня. Если ты хочешь, то я, – осторожно начала Анастасия.

– Они твои.