Первый обсидиан

Но потом присмотрелся и увидел, что кевлар-то на них, конечно, кевлар, но у них нет ружей! У одного висит через плечо короткий лук, за спиной – колчан со стрелами, на поясе – меч. У второго и вовсе пара мечей – вот и весь арсенал. Да и поклажи у них прилично, как у путешественников, а вовсе не дурней Крогана.

Вот так так! А думалось, через Горелую Область никто больше не ходит! Даже дорога заросла почти. И вот на тебе!

Определенно, эти двое появились тут неспроста. Сэслер не был бы Сэслером, если б не решил докопаться до истины.

Охота подождет. Возможно, эти двое даже похуже солдат Крогана могут оказаться, даром что без ружей. Нет, определенно, за ними надо проследить.

Две черных букашки двигались по равнине неторопливо – и Сэслеру было хорошо видно их со склона. Главное, заметить, где они войдут в лес, а уж в своем-то лесу охотник их не потеряет. Сэс не беспокоился, глядя на клонящееся к закату светило: пропадать на охоте по несколько дней кряду для него было не впервой. Дома его не хватятся.

Порой он снимал чехол и приникал к винтовочному глазу. Увеличение глаз давал хорошее, а опыта Сэслера хватало, чтобы читать разговоры по губам. Сколько прихвостней Крогана на этом провалилось! Сколько их, точно оловянных игрушек, потом попадало! И все из-за того, что обсуждали что попало между собой. Конечно, откуда они могли знать, что невидимый охотник следит за ними со своего склона и знает все, что они говорят? День пути, ночь болтовни у костра, а потом – нежданная гибель всего отряда.

Жуткая, бесшумная стрельба неизвестно откуда, ведь, казалось бы, местность открытая, спрятаться стрелку негде, разве что на склоне, так ведь не дострелишь оттуда! К тому же так точно в голову каждому не попадешь. (О глазе-то – изобретении Сэслера – знал только сам Сэслер да его семья). Вот и пошло: мифы всякие народились про нечисть, про волшебство… Сам того не ведая, одинокий охотник держал в страхе всю разбойничью ватагу Крогана и волей-неволей закрывал им всякий путь на Юг по старой дороге.

Кроган полагал, что это ему наказание свыше за что-то, – он вообще был для разбойника очень религиозен, – но и помыслить не мог, за что. Паренька, которого он по глупости-молодости замучил и убил на потеху толпе, он давно не вспоминал. Зато Сэслер не забыл своего старшенького, которого, кстати, звали так же, как отца. Не забыл – и мстил жестоко.

Нет, эти двое никакие не солдаты Крогана, решил Сэслер. У них приятные ясные лица.