Бродячая душа

– Я правильно помню, – смущенно уточнила девушка, – что Афродита пылала необъяснимой страстью к богу войны Аресу, отчего у них появилось пятеро мальчиков?

– Верно, умница, верно. Двое из них – Фобос и Деймос – сопровождали Ареса в битвах.

– Только англичанин Асаф Холл назвал их именами два, открытых им, спутника Марса. Так «страх» и «ужас» перестали быть соратниками Ареса и перекочевали из греческой мифологии в римскую, став соратниками Марса.

– Увы, переписывают не только историю, – грустно вздохнул Александр, – мифы и легенды тоже идут по рукам.

Порой нечистоплотным.

– Значит, твой меч… – он отрицательно покачал головой, отчего золотистые кудряшки веселым хором взволновались следом.

– В тылу отыщутся бойцы,

На поле брани не ступая,

Споют, как гибли храбрецы,

Слезу горючую роняя.

Македонец демонстративно резко зажал свой рот руками, давая понять, что вырвалось случайно:

– Что-то я с утра расшалился.

– Похоже, ты ходишь у Талии в любимчиках, – улыбнулась Варя.

– Да, Каллиопа обожала лишь Гомера… – македонцу нравилось, что с этой девушкой можно свободно говорить и о серьезных исторических событиях, и о музах разных поэтических стилей.

 – Так о чем ты хотела спросить, умница?

– В мифологии разных народов я нахожу схожие описания многолетних циклов. Майя, Индия, Египет, русы, ирландцы – говорят о космическом цикле около 26 000 лет. Однако историки относят эти знания к дохристианским и ставят на них крест.

– Ты очень точно выразила свою мысль, – улыбнулся македонец, – возможно подсознательно.

Я о кресте. Христианская доктрина основана на своих постулатах. Ты же учила в школе геометрию. Все точно также.

– Мы не дружили, – насупилась она.

– Зря. Геометрия очень логична. Не случайно Пифагор и его ученики пытались с помощью чисел описать законы мироздания. Построить модель мира.

– Но потом вся Александрийская библиотека сгорела.

– Библиотеки просто так не горят, – серьезно отчеканил сын Филиппа II. – Если убрать из геометрии аксиому о параллельности прямых, катеты треугольника смогут стать параллельными и вся наука рассыплется.

Из-за одного кирпичика в фундаменте! Если из христианства убрать точную дату сотворения мира, возникнет вопрос – а кто же и когда создал мир? Если в Библии чуть иначе перевести только одно слово с арамейского поменяется смысл христианства.

Обладатель золотистых кудряшек интригующе посмотрел на собеседницу.

– Ты же знаешь, что огласовка текста на арамейском дело непростое.