Песня Вуалей

А страх… уж что-что, а его я научилась прятать так глубоко, что и Владыки Иллюзий не найдут. Забавное сочетание: трусиха, до смерти боящаяся кому-то показать свой страх. Очень легко в такой ситуации прослыть отчаянно храброй сумасбродкой.

Мы немного прошли по галерее, спустились по неширокой винтовой лестнице, закрученной около мощной колонны, поддерживавшей купол. Белый мрамор десятка различных холодных оттенков складывался на полу в затейливый узор, какой далеко на юге рисует на окнах летний мороз.

Высокая створка двери, вблизи казавшаяся хрупкой, легко и бесшумно подалась под рукой Тай-ай-Арселя, выпуская нас на просторную площадку-балкон, с которой в длинное прямоугольное фойе сбегали две широкие пологие лестницы.

Здесь безраздельно властвовала ночь, в зале господствовал темно-синий цвет, в глубоких зеркалах превращавшийся в непроглядную тьму. Позолота и мягкие приглушенные огни лишь оттеняли это полуночное великолепие, не позволяя ему стать мрачным.

– Она войдет через парадный вход, – медленно проговорила я, цепляясь за перила балкона и вглядываясь в глубину фойе.

Странный эффект: подсознательно ожидаешь, что здесь должно быть темно, но при этом зала прекрасно освещена. – Сразу после заката, вместе со стелющимся по полу туманом. Сначала Ее не заметят. Она дойдет до лестницы, когда лакеи у входа почувствуют легкий привкус жасмина и тлена, – в такт моим словам от входной двери показалась призрачно-белая, схематичная фигура, рассыпающаяся клочьями дыма. – Впуская ее в зал, двери скрипнут. Музыканты собьются с ритма, и все оглянутся, – фигура скользнула мимо нас, обдав могильным холодом. Двери за ее спиной, смыкаясь, издали звук, больше похожий на предсмертный стон. Вслед за фантазией я шагнула в зал, толкнув створку, которая действительно оказалась очень легкой. – Выйдя на середину зала, взмахнет рукой. Зазвучит совсем другая музыка, и Она заскользит в танце. Из угла под лестницей Ей навстречу выйдет Он. Изгибаясь в муках неразделенной страсти, Они начнут пляску. А потом, разбив вон те два витража, ворвется, несясь по воздуху, пестрая толпа. Хохоча, другие танцоры разведут Их в разные стороны. Она скользнет к тебе, Он в отместку схватит первую попавшуюся женщину… – хаотично метавшиеся по залу тени осыпались мелкой серебристой пылью. – А дальше все по сценарию, – скомканно завершила я, не желая прежде времени окунаться в безумие пляски.

– Отлично, – довольно прищурившись, улыбнулся дор Керц. – Для красоты витраж разобьем на самом деле.