Песня Вуалей

– Жизнь была спокойная, – вздохнула я, пытаясь проглотить противный привкус лекарства. – Мало было этого заказа, так еще вот выясняется…

– Погоди, не здесь же разговаривать, – решительно оборвал стенания Хар и легко подхватил меня на руки, чтобы перенести на диван.

Пока я приходила в себя, умница Хаарам сварил кофе и даже нашел вазочку с конфетами. Вручив мне распространяющую дивный аромат чашку, развернул конфету и едва не силком заставил съесть. Странный, конечно, способ оказания помощи, но мне неожиданно и правда помогло.

Вряд ли конфета – скорее, просто присутствие рядом спокойного, сильного, уверенного человека.

– Это какое-то безумие, – вздохнула я. – Как такое возможно? Впрочем, нет, о чем я, – я тряхнула головой. – «Как» вариантов много. Непонятно другое – зачем? Почему я? Кому это все нужно? И почему он был уверен, что я ничего не знаю, и не испугаюсь, не откажусь от заказа, только увидев его на пороге? И Пир же, как назло, ничего не сказал! – раздраженно проворчала я.

– Пир мог и не знать, – пожал плечами Хаарам.

 – Он только «Имперского вестника» читает, а это солидное издание, они сплетни не пересказывают. Девчонки, наверное, или тоже не в курсе, или просто не поверили. А может, решили не сглазить: романтика же, Бессердечный дор Керц влюбился и исправился. А мы с Бьорном наткнулись на эту газету вчера, по дороге к Пиру. Кажется, статья напечатана только в одной газете, и шумихи никакой не было. Мы поначалу подумали, что сам Тай-ай-Арсель поднажал на кого нужно, чтобы его имя не трепали на каждом углу, это вполне в его силах, но сейчас здорово сомневаюсь.

– Лучше бы я его любовницей была, – с тоской пробормотала я. – Да не влюбилась я, не смотри так. Просто я понятия не имею, кому и зачем это могло понадобиться. Заказ, потом вдруг статья в заштатной газетенке недельной давности…

– А что за заказ?

– Извини, я подписала договор, не имею права рассказывать, – я развела руками. – Но заказ правда странный, и слишком высокая за него была дана плата.

Я уже тогда заподозрила беду, но людям уровня дора Керца не отказывают.

– Действительно, беда, – медленно кивнул Хар. – И ведь совершенно непонятно, почему именно ты? Может, это все-таки связано с твоими родителями?

– Угу, – пробурчала я. – Как в дешевой мелодраме, дор Керц – мой настоящий отец, и теперь решил не то подчистить, не то исправить грехи юности. А мамаша подбросила меня под дверь Дома Иллюзий, чтобы спасти от страшного папочки.