Железный регент. Голос Немого

О Даоре Алом Хлысте, местном безопаснике, я был наслышан, а сопровождавшего его Виго Гнутое Колесо знал и раньше, в своей первой жизни, будучи наследником альмирского престола. Прежде оба этих немолодых мужчины рассматривались мной как противники, потом они вместе с политическими дрязгами стали мне неинтересны, а теперь предстояло взглянуть на них по-новому – как на соратников. Знать бы еще, в чем и до какой степени! Надеюсь, Вирата не решит вдруг пойти войной на мою родину? Не хотелось бы становиться перед подобным выбором.

Очередной неожиданный кульбит моей судьбы. Надеюсь, последний.

Стоило разогнать туман в голове и взять себя в руки, как я понял, что, на удивление, чувствую себя гораздо спокойней и уверенней, чем в последние дни или даже вчера вечером. Пропали безадресная злость, чувство бессилия и потерянности в водовороте событий, я как будто вновь твердо встал на ноги и был готов жить дальше. Больше того – хотел жить дальше и видел в этом определенный смысл.

А благодарить за это, пожалуй, стоило лишь Тию. И дело не в жаркой ночи и полученном удовольствии, или, вернее, не только в них, но…

Эта женщина заставила меня вновь почувствовать себя человеком. Мужчиной. Смешно и трудно поверить, что получилось у нее это за несколько проведенных вместе часов, но глупо отрицать очевидное. Тем более я прекрасно понимал, как это произошло: Тия просто смотрела на меня, относилась ко мне так, как будто увечья, изменившего мою жизнь, просто не существовало.

И с ней я сам временами забывал об этом. Да, немота никуда не делась, но даже это неудобство казалось вполне терпимым.

– Доброе утро, – едва ли не хором поздоровались оба визитера.

– Рад видеть вас обоих в добром здравии и бодром расположении духа, – с непонятной иронией в голосе добавил Даор, склонив голову.

– Доброе, – за нас обоих ответила Тия. – Да вы садитесь, – кивнула она.

И посетители не стали спорить. Алый Хлыст так вообще удобнейшим образом возлег на ближайшее ложе с настолько величественным видом, что куда больше напоминал сейчас кесаря, нежели небрежно завернутая в тунику Тия или я в штанах на босу ногу и вчерашней слегка мятой рубашке навыпуск.

Только теперь я запоздало сообразил, что принимать посетителей в таком виде не менее неприлично, чем публично обнимать женщину, но суетиться было поздно.

М-да, отвык я за последние годы от подобных мелочей.