Monsieur Serge. Истории приключений и испытаний князя Сергея Волконского

– Если государь так разбрасывается своими верными слугами и полезнейшими для империи людьми, какое же будущее нас ждет? – произнес со вздохом Орлов.

«Вы прекрасно знаете, какое, граф», – мысленно ответил на его реплику Серж. – «Вы сами так спешили с тем, чтобы оно наступило, что нам пришлось притормозить вас на оборотах».

– А такое всегда было у него в обычае, между прочим, – подхватил Раевский. – Мы все памятуем об участи Сперанского. Да и не только его. С командованием военным такая же история получалась…

Разговор продолжился в таком ключе еще долго, и Серж, не в силах слушать разглагольствования хозяина дома, отошел от них, сразу же наткнувшись на Софью Алексеевну.

– Мой супруг бывает по-настоящему несносен, – проговорила мать семейства с тонкой улыбкой, свидетельствующей о том, что на мужа она нисколько не сердится, хоть и утверждает обратное. – Вы, князь, дали ему тему для разговоров на ближайшие вечера два, а то и три.

– Я не нарочно, мадам, – ответил Серж, присаживаясь на канапе.

Только они присели, как подбежала Мари с шалью на руках.

– Вот, maman, вы просили… Вам нынче зябко? – произнесла она, искоса поглядывая на Сержа. Он вспомнил, что она была свидетельницей его недавних пререканий с Александром Раевским. Интересно, какие выводы это юное создание сделало о нем?

– Отнеси это, пожалуйста, Элен, ей нужнее.

– А где она? – нахмурилась Мария. – Здесь ее не видать.

– Конечно, в саду, где ей еще быть, – произнесла Софья Алексеевна. – Под сиренью, где она обычно сидит.

Разумеется, сидит как есть, с голыми плечами и грудь вся нараспашку!

– Позвольте, это сделаю я, – обратился внезапно Серж к Мари.

Та обратила взор на маменьку, удивившуюся внезапной просьбе князя ничуть не меньше, чем она. Мадам Раевская лишь кивнула оторопело, и Волконский без труда принял из рук девушки кашемировую синюю материю с длинными кистями.

…Он сам не понимал, почему решился на подобную дерзость. Последний раз такое с ним было еще тогда, когда нынешнее столетие только-только начиналось.

Сколько шалей он перетаскал этой княжне Мари Ростовской, сколько листов нот он переворачивал во время ее бесконечных фортепианных экзерсизов, дабы только быть с ней рядом! Однако оказалось, что мил ей не он, а дерзкий Нарышкин, который смотрел на нее с крайним пренебрежением и уж конечно, не потрудился бы даже поднять ее упавшую перчатку. Из-за этой перчатки они с тем Нарышкиным и повздорили, назначив дуэль, которая не состоялась.