Локаин

Но Ольга придирчиво пересчитывает сумму. Отдаёт мне половину:

– Это лишнее.

– Ну, потом будет не лишним.

– Нет уж. Ты тут нафальшивил. И если я пожадничаю, мне точно потом прилетит.

– От кого? – удивляюсь такой силе воли.

– От вселенной.

Ответ вызывает у меня хохот. Обычно от вселенной достаётся мне.

– У тебя очень маленькие и простые желания, – изучаю светлые глаза женщины, подведённые чёрным карандашом.

В них плещется грусть. Смертная подпирает голову кулаком.

– Глобальное ты не осилишь.

– Насколько глобальное?

– Ну, может, ты отменишь пандемию?

– Нет, это вряд ли.

– Тогда даже не знаю.

4

– Куда ты собралась?

Ольга крутится у зеркала, как всегда, поёт. Потом надевает кулон с обсидианом. Это меня пугает. Э, нет! Ты никуда в нём не пойдёшь! Особенно, без меня.

– На свидание.

– А зачем надела мою тюрьму?

– Нельзя, что ли? – она, когда удивляется, чуть задирает подбородок.

– Без меня внутри нельзя.

– Почему?

– Ну там… прилетят грубые женщины на пегасах и хорошенько меня отстегают молниями.

– За что? – слушая мой рассказ, она уже готова обуваться.

– Засчитают мне, как попытку побега.

Смертная крепко задумывается. Снимает кулон.

– Ну, хорошо. Не скучайте тут вдвоём.

– Да я просто внутрь залезу…

На самом деле, мне нужно увидеть, какие мужчины Ольге нравятся. Потом напою её… и рано или поздно в процессе соблазнения она меня поцелует. Да… это мой унизительный квест. Заставить человека с чистой душой подарить мне поцелуй любви.

– Нет уж! – смертная трясет завитыми кудрями. – Я, может, потом на кофе к мужчине зайду. А ты будешь подслушивать!

– Я там ничего не слышу.

Я умею врать, не моргнув и глазом. Моя специализация все- таки.

– И не видишь?

– Мамой клянусь.

Хаха… обожаю эту фразу. Которой из матерей? Той, которая меня бросила? Или той, которая потом отвернулась от меня? В целом, жалко обеих. И в то же время, обеим ничего не грозит.

– И не чувствуешь?

– Нет, конечно.

– Ладно. Заходи, гостем будешь.

Оказываюсь снова в ощущении черноты и тесноты. Слышу стук сердца и дыхание женщины. Меня уже давно не носили на шее. Обычно – в кармане. А то и вовсе оставляли в потайном месте.

– Ой, Владимир, не стоило…

"Мда, две герберы – это романтично".

В целом, я почти не обманул Ольгу. Из кулона я ничего не подслушаю и не подсмотрю. Но я соприкасаюсь с ней физически. А значит, могу настроиться на её мысли, эмоции, слова.