Синий шиповник

Лучше уж возьми того, кому нечего терять.

– Ты уже позаботилась обо мне, – я впервые за свою короткую жизнь позволила себе саркастический тон. – Спасибо.

– Зато ты извлекла урок. И сейчас не надо мне наживать проблемы.

В комнате меня ждал тот самый новенький. Ему можно было дать лет восемнадцать.

– Здравствуйте, госпожа, – пролепетал растерянный молодой человек, опустив глаза.

– Привет. Не зови меня так. Бесит.

– Простите.

– Меня зовут Полина, – я взяла его за руку и потрясла, пожимая. – А тебя?

– Как назовете, Полина.

– Я тебя назову твоим именем. Слышишь?

– Анатолий.

– Такое красивое имя скрывать, – я пыталась разрядить обстановку неловкости. – А как ты сюда попал?

– Меня привела мама.

Мне до сих пор хочется каждому человеку, отдавшему свое дитя в публичный дом, выжечь клеймо на лбу. Но тогда я просто представила, что моя мать отдала меня или Валю в рабство. Какая бы она не была авторитарная, она бы так не поступила.

– Понятно. Ну что ж ты стоишь? Садись. Тебя покормили? Не бойся, посмотри на меня.

Пока что ничего страшного нет, – я насильно посадила Толю на стул, подняла его лицо на себя. – Пока ты со мной, все будет нормально.

– Спасибо.

– Это слово в карман не положишь. Ты в покер умеешь играть? А в созвездиях разбираешься? А в пинг-понг умеешь?

Пленник моей комнаты виновато смотрел на меня и отрицательно качал головой.

– Ну и компаньон мне достался. Читать ты любишь?

– Да.

– Отлично.

На самом деле, мне не нравились придумки матери и ее специфическая забота.

У меня кружилась голова, стягивало грудь от своей однообразной жизни в стенах борделя, без друзей и без настоящего чувства. Да, можно сказать, что тогда я была готова к любви. Но точно не к потерянному и дрожащему Толику, которого буквально вчера предал его самый близкий человек. Поэтому я указала в университетской анкете, что мне нужна комната в общежитии. Сердце радостно стучало, в голове звучали только веселые песни. Я предчувствовала перемены, которые должны были пролить воду на засохшую почву.

– Аистова, – седой комендант общежития провел широким пальцем по списку комнат в журнале. – Ты – с Симеренко, в двести пятой.

– Спасибо.

Я тащила на второй этаж свой объемный чемодан и представляла, каким будет мое новое пристанище. Оказалось, стены были выкрашены в дежурный зеленый цвет. Всего здесь стояли четыре кровати. Одна была застелена, на тумбочке рядом лежала стопка учебников. Я запихнула свой багаж под кровать напротив.