Титановая бабочка

У себя дома он суетится, выдает нам сухую одежду, набирает ванну для Мартона, мне ставит таз горячей воды с горчицей.

– Пока так, – объясняет хозяин дома- мастерской. – Потом тоже примешь ванну.

– Я искупаю Милашку! – мне неудобно загружать Дорогушу своими проблемами.

– Сиди! Занимайся собой! – его взгляд снова осуждающий. – Мартон, мы же с тобой справимся? А? Мы же мужики!

– Справимся! – сын доверчиво идет на руки к моему коллеге. – Мы мужики!

Слышу, как они веселятся, плещут воду. Смотрю на свои синие ноги в тазике.

Размышляю, ищет ли нас Роднуля.

– Так, герой, сейчас будет чай!

Врач усаживает моего сына в махровом полотенце. Ставит нам по чашке, источающей чайный и малиновый ароматы. Сам занимается ванной для меня. Быстро опрокидываю напиток в себя. Прячусь от возможных расспросов в ванной. А когда выхожу, понимаю, что Милашка разболтал все сам.

– Иди, выпей еще чаю, – бросает хозяин дома мне через плечо. – Я сейчас приду.

Закрывает передо мной дверь в спальню. Но я все равно слышу, как мужчина говорит тихо моему мальчику:

– Ты не выродок.

Ты герой. Слышишь?

Стыд, обида, жалость к себе и сыну выливаются горячими слезами. Пытаюсь удержать предательские реки, но они так долго копились внутри, что похожи горные потоки. Дорогуша молча обнимает меня, тихо сев рядом.

– Почему ты так долго терпела? – спрашивает он, когда мои рыдания становятся слабее.

– Я сама виновата.

– Не виновата ни капли.

Сидим в состоянии затяжной паузы. Мне даже кажется, что время застыло вместе с новым полком мурашек, которые захватили все пространство внутри груди.

Теплая мужская рука впервые за всю мою жизнь касается моего лица, чтобы утереть соленые реки слез.

– Как ты нас увидел под дождем?

– Да просто захотелось внезапно посмотреть в окно. И я заметил, что бежит женская фигура с ребенком на руках. Я же тоже давал клятву Гиппократа. Я тоже привык всех спасать.

Сворачиваюсь клубком рядом с Милашкой на кровати. Звуки бури уже не кажутся такими страшными и холодящими душу.

Наоборот, они звенят симфонией, несущей единственное правильное решение.

Дорогуша. Хватка любви

Утром в доме слишком тихо. Странно, ведь у меня заночевали Бабочка и Милашка. Такие гости должны быть шумными. "Наверное, еще спят", – решаю я и двигаюсь максимально тихо. По лицу женщины, словно выточенному из слоновой кости, было видно, что она надорвалась окончательно. Теперь Богларке нужно хорошо отдохнуть.