Матрешка в перьях

– Огромное спасибо, вы очень любезны, – растрогалась я.

– Это моя работа, мэм.

– Вы прекрасно говорите по-русски, – похвалила я собеседницу.

– Благодарю вас, мэм. Ждите вызова. Хорошего дня, – скороговоркой оттарабанила американка и завершила разговор.

– Ты сможешь пойти с Эжени на вечеринку? Как твое самочувствие? – спросил Костин. – Она Нине уже обзвонилась с вопросами, что лучше нацепить, чтобы принц сразу понял: перед ним та самая, его единственная.

– Плохо будет, если няня Роза Леопольдовна станет консультировать Эжи по поводу одежды, – вздохнула я.

 – Надеюсь, твоя свояченица не попросит у нее совета? Конечно, у меня немного трясутся ноги, но в остальном порядок, не волнуйся, я не подведу.

* * *

Войдя в дом, я ощутила резкий удушающий запах духов. Потом услышала фыркающие звуки, увидела бегущих по коридору чихающих Фиру с Мусей и грозно спросила:

– Безобразницы, вы опять лазили в моей спальне по прикроватному столику в поисках конфет? Что разбили, разлили, испортили? Почему в квартире атмосфера, как на парфюмерной фабрике?

Мопсихи дружно закашляли, я наклонилась и стала гладить собачек.

– Так сильно пахнет? – спросила Эжени.

Я подняла голову и постаралась дышать через раз.

– Я попрыскалась совсем чуть-чуть, – продолжала Евгения. – Пошла в ванную, вернулась и удивилась: аромат в комнате здорово изменился, стал очень крепким.

– Какой смысл в духах, если они не ощущаются? – произнесла Роза Леопольдовна, появляясь в прихожей.

 – Эжени, милая, вы делаете один пшик, и все. Но этого мало. И ваш парфюм еле-еле ощущается. Вот у меня настоящая «Шанель», запах на целый день. Лампа, дорогая, у вас в санузле сломался унитаз, придется пользоваться гостевым. Мирон, к сожалению, прийти помочь не сможет – он на работе, его не отпустят. До субботы вам в сортир ходить нельзя. В семь вечера собрание жильцов, просили непременно быть, на повестке выборы домового.

Я остолбенела.

– Кого собрались выбирать?

– Домового, – повторила няня.

 – Ответственного жильца, который на общественных началах будет следить за порядком в доме, собирать деньги на похороны.

– Кто-то умер? – испугалась Эжи.

– Насколько мне известно, нет, – спокойно ответила Краузе. – Но надо же проявить предусмотрительность. Поздно назначать собиральщика, когда уже пора на кладбище ехать. В приличном доме всегда заранее сдают деньги на венки. А цветы на лестнице? Они в отвратительном состоянии.