Море, поющее о вечности

Это была скорее мальчишеская поза, но Ясон в глубине души признал, что ей даже идет.

Интересно, вырастет ли его подруга удивительной красавицей, как женщины из преданий? Или ее внешность испортится под гнетом тяжелого труда? Пока сложно было судить о подобных вещах – девочке еще только предстояло расцвести. Пожалуй, ее нос казался чуточку крупноватым, а руки – грубыми… Но в остальном Аталанта выглядела очень привлекательной уже сейчас.

– Тебе сегодня надо к учителю, да? – Аталанта по-прежнему не замечала внимания Ясона к себе.

– Угу. Только времени у меня в избытке. Некуда спешить.

– Ээ, так он живет далеко. Все знают, какой отшельник этот твой Хирон… Полдня потратишь, чтобы до его хижины добраться.

– А я и не хожу пешком. Возьму в конюшне хорошую лошадку и телегу поудобнее. Пусть возничий заботится о том, чтобы я приехал вовремя.

– Хорошо тебе! Ладно хоть не на колеснице едешь учиться!

– Нее… Там стоять надо, неудобно же. А на телегу лег, зарылся в солому и мечтаешь всю дорогу.

– Беззаботная у тебя жизнь, Ясон…

Ата не договорила, завершив свои слова вздохом. Впрочем, поймав взгляд друга, она улыбнулась широко и открыто, отчего на душе у царского сына стало теплее. Обсуждать дальше эту тему дети не стали. Они просто лежали, наслаждаясь покоем и ласковым солнцем после купания.

У них оставалось не так много времени, ведь Аталанте надо было работать, а Ясону учиться. Но сейчас все, что у них имелось, безраздельно принадлежало только им двоим.

Цветущая юность жадно впитывала каждый миг, проведенный вместе на побережье Пагассийского залива.

Чистое небо ласкало глаз насыщенным цветом, а с моря время от времени веяло освежающей струей солоноватого воздуха. Ясон с удовольствием подумал, что совсем скоро наступит настоящее лето. Вода станет пригодной для долгих купаний, а ягодами можно будет лакомиться хоть целый день.

Мальчик не раз замечал, как взрослые в летнюю пору становились особенно озабоченными и занятыми делом: оживленная торговля, военные походы и земледелие отнимали слишком много времени.

Он же был мальчишкой, которому не хотелось взрослеть, и пока что имел полное право беззастенчиво радоваться жизни. Вот бы так продолжалось до скончания времен…

– Знаешь, о чем я сейчас жалею? – неожиданно спросила Ата.

– О чем же?

Ясону не особенно хотелось о чем-либо разговаривать, его с головой захватили собственные размышления. Но он все же изобразил подобие интереса.