Там, где сгорают надежды

Максиму стало не по себе от их внимания и захотелось поскорее покинуть удручающую станцию.

– В этом городе есть и другие дороги! – престарелый мужчина возле стойки кричал на кассира, размахивая тростью.

– Ты ничего с этим не поделаешь, – нараспев ответила женщина за стойкой, словно мелодия не первый раз сотрясала стены автозаправочной станции.

– Голубушка, если так каждый будет думать, они и дальше будут вытягивать из нас деньги! Что за молодежь, позор. Тьфу!

– Петрович, тебе 73 года. Какие митинги? Ты не то, что протестовать, ты даже доковылять туда не сможешь, развалишься по пути!

–Ай! – дед махнул на нее рукой, отрицая любые доводы.

– Простите, я не понимаю, о чем речь. Первая колонка, 95-тый, до полного, – Макс воспользовался паузой, чтобы озвучить цель визита, и вытащил банковскую карту. Женщина тут же вбила данные в компьютер, а затем протянула терминал.

– Милый мой, здесь очень плохая связь, придется подождать, пока пройдет оплата, – извиняющимся тоном сообщила женщина.

– Как такое можно не знать?! – дед не унимался. Он сделал резкий шаг вперед, встав между кассиром и Максом, отчего у последнего из рук чуть не выпал кошелек. – Каждые полгода они ремонтируют дорогу от города до нашего поселка, каждые полгода они снимают асфальт, который сами только положили, и каждые полгода они вытряхивают из нас кучу денег!

– А вы ходили в управляющую компанию? Писали обращение в администрацию города? – Макс очень хотел убежать, но ему казалось, что если не дать деду ответов, то одна из ржавых железяк, поскрипывая на ходу, будет преследовать его Форд до самого дома.

– Вот, парнишка дело говорит, – поддержала женщина, не сводя взгляда с кассового аппарата.

– Брехня. Писульки эти никому не помогут. Нужно собирать людей и идти на митинг!

Из терминала лениво выполз чек, словно белый флаг, демонстрирующий свободу.

– Это вам точно не поможет, – теперь Макс мог закончить разговор и сбежать.

– А что еще делать то? Они же и дальше буду по 800 рублей вытягивать!

– Всего 800 рублей? Не проще ли заплатить? – Максим убрал кошелек в карман и повернулся к двери.

– За что платить то? За воздух? – изумился старик.

– Нашел, у кого спрашивать, Петрович, – невысокий седеющий мужчина с идеально ровной лысиной на макушке подошел на кассу с двумя бутылками воды. – Посмотри на его одежду. Вот такие, как он воруют у тебя.