Мёртвое время

Природа помехи призракам точно не создаёт. А вот люди… – и её озарило: – А помнишь особняк Эвьи? Помнишь, там есть стена с защитой от призраков? Если предок-колдун Эвьи построил такой дом для себя, то почему бы ему не построить похожие для других? Правда, он мог быть не единственным северным праколдуном с такими знаниями о духах… – и осторожно уточнила: – Ты полагаешь, виновник… боялся? Призраков?

– Пятьдесят предполагаемых лет девочка спала, – Рьен вытащил из кармана пальто крохотную склянку. – Почему? Почему Тьита сразу после смерти не попыталась достать виновника? И почему сейчас отправилась в ведомство, а не к нему? Думаю, она прекрасно понимала: не я ей нужен.

Или девочка совсем ничего не помнит – даже лиц? Но дорогу-то к ведомству вспомнила. И дверь, о которой мало кто знает. Вероятно, Тьита бывала в ведомстве раньше. И нападением привлекала к себе внимание – того, кто разберётся в её деле. Потому что о вас она не знала – вас в то время в Семиречье не было. Потому что иначе подобраться к нужному человеку у неё не получилось. Потому что он знал о ней и защитился. А если вы на досуге изучите Сыскное ведомство, то наверняка найдёте там старые следы защиты от призраков. Уверен.

Матушка Шанэ вопросительно посмотрела на Тьиту, но та стояла, опустив глаза и теребя кружева на подоле. И на матушкин взгляд никак не отреагировала.

– Не знала обо мне – это верно, – согласилась матушка. – И колдовства от туманов набралась столько, что мой зов наверняка даже не слышала. Или не считала нужным отзываться.

Не знала ведь, что я вам помогаю – и ей бы обязательно помогла.

– Я отойду на минуту, а вы отпустите своего лодочника, – предупредил Рьен. – Дальше пойдём с моим.

И озабоченно посмотрел на тонкую дымку над серебристыми водами реки Лунной. Надо поторапливаться…

Он быстро отыскал удобный, почти плоский голый камень, разбил склянку, склонился над лужей чёрной воды и позвал:

– Гьяна!

В воде проступило миловидное женское лицо. Морщинки стрелками в уголках синих глаз, тёмные волосы строгим пучком, нос горбинкой, недовольно сжатые губы.

И строгий высокий ворот платья. Несмотря на скорые туманы, она ещё на работе.

– Что, опять неймётся? – сухо спросила она вместо приветствия. – Ты сколько моего ребёнка в подвале держать будешь?

Вьюза, мамина любимица, нечасто, но прилежно работала в архиве Сыскного ведомства. А Гьяна служила главным архивариусом при Колдовском ведомстве.

– Вот как отучится, так и заберу, – Рьен улыбнулся.