Брачная ночь в музее

Сегодня ему предстояло вступить в свои права, занять кабинет директора и отдать свои первые распоряжения.

Но Веня отчего-то мешкал. Кабинет директора стоял закрытый. И хотя охранник утверждал, что Веня появился в музее еще рано утром, и были те, кто клялся, что видел его и даже разговаривал с ним, на людях в официальном порядке молодой директор до сих пор не появлялся.

– Работает. Готовится. Новые приказы пишет.

И все с волнением ждали этих новых приказов до полудня. Но потом нетерпение сделалось слишком сильным, и люди стали роптать.

К Вене уже несколько раз засылали гонцов, но те всякий раз возвращались с пустыми руками. Впрочем, хотя бы выяснилось, что Веня прочно оккупировал бывший кабинет Ивана Петровича. Засел там и не выходит.

В ответ на стук из кабинета всякий раз доносился раздраженный голос Вениамина:

– Я занят! Работаю!

И люди недоумевали:

– Ну что это такое?

– Сколько уже можно ждать!

– Понимаем, занят. Но выйди к людям. Ведь ждут!

Но Веня не выходил.

И на звонки не отвечал. И что уж совсем странно, не пожелал он поговорить даже с Дюшей. И не один раз, а много раз подряд. Дюша и сам был озадачен не меньше остальных и в присутствии коллег звонил своему приятелю. Но по телефону Веня вообще не желал общаться. И постепенно триумф среди банды предателей уступил место тревоге.

Если весь день новый директор не желает общаться со своими сотрудниками, то что это может значить? Уж не поторопились ли они отдать свои голоса Вене?

В этот день все задержались в музее дольше обычного.

Даже Кристина, которую обычно уже часа в четыре уносило куда-то, сегодня сидела на своем рабочем месте. Но Веня так и не соизволил отворить дверь.

– Что он кушает? Что пьет?

– Подумаешь! Небось бутербродов с собой притащил. Охрана говорит, у него с утра была с собой большая сумка. Там и еда, и термос с кофе может поместиться.

– А куда же он, пардон, в туалет ходит?

– Может, памперсы надел?

И это замечание показывало, что восхищение новым директором у народа заметно сократилось.

В семь часов все ставленники нового директора во главе с Дюшей собрались и в последний раз подошли к дверям Вени.

– Мы уходим, – сдержанно сообщили они. – Всего доброго.

– Я занят! Работаю!

Ксюша сегодня была дежурной. Ей предстояло уйти только в десять. В половине десятого она пошла вымыть посуду, оставшуюся после ее последнего перекуса.