Четыре чики и собачка

Этот Антон выхлебает и ничего не заметит.

– Да, Вероничка, тебе сегодня надо было на него не с кулаками кидаться, а в кофе ему чего-нибудь подсыпать, – сказала мама.

– Присела бы рядом с ним, завела разговор о том о сем, он бы уши развесил, а ты сама в это время ему в чашечку и сыпанула, – добавил папа.

– Мама! Папа! Бабуля!

Вероника была чрезвычайно скандализирована той невозмутимостью, с какой родители и бабушка предлагали ей отравить постороннего человека. И пускай Антон показал себя редким мерзавцем, но травить его казалось Веронике как-то совсем уж слишком.

– Так ведь не насмерть же, – пожала плечами бабуля, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся, и папа с мамой в полном согласии с ней покивали головами. – Слабительного ему или рвотные порошки.

– Это для здоровья ничуть не вредно, а наоборот, полезно.

– Клизмы людям ставят для очищения кишечника, а это ничем не хуже.

В общем, у своих близких Вероника встретила такое горячее понимание проблемы, что сама испугалась.

– Ладно, забудьте, – попросила она у них.

Но было уже поздно, бабушка засеменила в ванную, где у нее имелась аптечка. А мама, крича бабушке, что ее таблетки все просрочены, а для такого дела жалеть денег нельзя, побежала в аптеку под домом. Что касается папы, то он с загадочным видом отправился в гараж, где у него была припасена такая штука, знакомства с которой ни один нормальный мужик и врагу своему не пожелал бы.

– Ты мне только скажи, этот твой Антон пьет?

– Не особенно.

– А водку пьет?

– Не видела. При нас ни разу не пил.

– Значит, придется для этого мерзавца еще и вискарик покупать, – задумчиво произнес папа. – Ох, умеют же некоторые устраиваться в этой жизни! Небось, от дешевого еще и нос поворотит. М-да… Втравила ты меня, дочурка, в расходы. Но ради особого случая уж раскошелюсь! Не для кого-нибудь, для родной дочули стараюсь.

Видя, что близкие все разбежались в разные стороны, Вероника позвонила Полине.

За все время работы в центре Вероника приобрела массу хороших знакомых и лишь одну близкую приятельницу, которую считала подругой. Именно ею и являлась Полина.

– Поль, ты представляешь, вместо меня хотят в «Сириус» отправить Антона. С моими детьми! С моей программой! А поедет он!

Полина ахнула, но как-то не слишком горестно. Веронике даже показалось, что радостно подруга ахнула.