Четыре чики и собачка

– На двоих! – ахнула Вероника, понимая, что самые худшие прогнозы сбываются. – А где она живет, эта Кристина?

– Ну, ты вообще! – обиделся на нее охранник. – Я женатый человек, по девкам не шляюсь. Мне адрес этой вертихвостки без надобности. Если надо, сходи в «Кипарис», там ее коллеги объяснят, как найти девчонку.

Вероника так и сделала. Перебежала дорогу, промчалась дворами, потом преодолела еще один пешеходный переход и оказалась возле небольшого здания, в котором и располагался ресторан. Толкнула дверь, зашла и осмотрелась.

Ну, что сказать? Швейцара в дверях не наблюдалось. Гардероб был, но по случаю наступившего теплого времени года уже не работал. Так что в просторном вестибюле не было ни единой живой души, за исключением аквариумных рыбок.

Они вытаращили свои и без того выпуклые глаза в сторону появившейся гостьи и зашевелили плавниками, мол, заходи, тебе у нас понравится.

Вероника их послушалась. И поскольку на первом этаже не было никого, кто мог бы ей подсказать насчет Кристины, она поднялась наверх.

Глава 3

На втором этаже жизнь кипела. По залу сновали официанты со стопками белых скатертей, пирамидами из тарелок и подносами, на которых рядами громоздились стеклянные фужеры, бокалы, стопки и рюмки. Тут явно шли последние приготовления к большому банкету, для которого все столы уже выставили в форме буквы «П».

– Могу я видеть Кристину? – обратилась Вероника к одному из пробегавших мимо нее официантов.

Молодой парень окинул зал диким взглядом и пробормотал:

– Не знаю! Должна быть тут! Спросите на кухне!

И унесся дальше.

Вероника послушно отправилась на кухню, где тоже все кипело, булькало, бурлило, шкворчало и брызгалось.

На кухне главная повариха объяснила девушке всю неуместность ее вопроса.

– Да я от котлов отойти боюсь, где уж мне за официантами присматривать. Спроси в холодном цеху. Они уже нарезку должны на столы отдавать.

Но в холодном цеху вовсю кромсали, резали, шинковали и тоже совершенно не интересовались официантами.

Отсюда Веронику послали в кондитерский цех, а оттуда уже совсем невежливо направили в мойку, где официантам давно уже следовало запасаться чистыми приборами. Но тут сидела лишь сама счастливая мойщица, которая уже раздала всю чистую посуду, грязной ей еще не принесли, и она наслаждалась редкими минутами затишья в своей нелегкой работе.

– Голубушка ты моя! – удивилась она, когда Вероника робко упомянула о Кристине.