Цветочное алиби. На шпильках по джунглям

Вот и войдя в кабинет следователя, он тут же попросил два стула.

– Зачем вам одному сразу два стула?

– А я не один. Нас двое.

– Двое? – изумился следователь. – Ну… возьмите для второго тоже стул. Вон там в углу.

И что вы думаете? Этот тип, сохраняя полнейшую невозмутимость на физиономии, взял стул и поставил его рядом со своим.

– Садись, – велел он кому-то невидимому. – В ногах правды нет. Думаю, что разговор затянется. Этот человек пока что тебя даже не видит. А ведь мы похожи с тобой как две капли воды.

Как он может тебя не видеть?

Дело в том, что артист был уверен: у каждого человека в этом мире есть двойник. И только обретя этого двойника, можно обрести самого себя.

– Вот меня зовут Арчи, – говорил он. – А моего двойника – Бальд. Вместе что получается? Правильно. Арчибальд. Только вдвоем мы создаем единое целое – гармоничное и счастливое.

В принципе в помешательстве бедного Арчи и его Бальда не было ничего опасного. И сам он был человеком мягким и отзывчивым.

Если окружающие не пытались убедить его в том, что его идея – это полный бред, то он сохранял свои прекрасные качества. И поэтому просьбу своего знакомого – господина Серова – изобразить его самого, то есть не его самого, конечно, а его двойника, этот странный тип воспринял чуть ли не с восторгом. Отлично понимая, как тяжело приятелю без этого самого двойника.

– У меня-то самого двойник имеется, – без тени колебания заявил псих следователю, который тихо фонарел, недоумевая, как это они умудрились прошляпить такого явного подозреваемого.

 – Конечно, имеется, вот он сидит, на втором стуле. Вы его что же, до сих пор не видите?

– М-м-м… Смутно.

– Вы просто безнадежны, – вздохнул сумасшедший. – Впрочем, как и большинство людей. Вы посмотрите на моего Бальда! Ведь мы с ним на одно лицо!

Следователь тем временем разглядывал самого актера. На вид он не слишком смахивал на Серова. Но если нацепить ему бороду, очки и одеть подобающим образом, то да – будет похож! Вот только рост окажется чуть ниже.

Как раз то, о чем и говорили свидетельницы.

К счастью, сумасшедший так увлекся своим помешательством, что охотно отвечал на все вопросы следователя касательно своих переодеваний в Серова, принимая интерес следователя за чистую любознательность. Подобно многим увлеченным собственной манией людям он не подозревал, что кто-то может и не интересоваться проблемой двойников.