Чудные мгновения. Уроки литературы

И подозрения о том, что это не просто его собственный бред, что он может существовать не только в его сознании, усиливаются.

Идея о том, что существует какая-то разумная сила, которая как-то определяет нашу реальность – существовала во все времена.

Но не только Воланду, и этому черту уже приходится доказывать герою, что существует тот свет, он тоже материален, и в то, что если есть он, то существует и бог, а в этом русский человек всегда сомневался.

В этом герое воедино слиты и Свидригайлов с его хитрость, шантажом.

И Порфирий с его красноречием, желанием говорить на отвлеченные темы, и, изводя собеседника, заставлять его признаваться во всем, о чем он вовсе не собирался говорить.

Но разница только в том, что сам Иван своими руками никакого преступления не совершал, он и сам только теориями своими толкал к кровопролитию и предательству другого человека. Но кто повинен больше, тот ли кто придумал хитроумную теорию, или осуществивший ее – вот что волнует русского писателя. Именно он был уверен в том, что ни одна самая прекрасная идея не стоит слезинки ребенка.

И только в одном Иван прав, и черт не может с ним не согласиться в том, что он – призрак. Тогда он и признается в том, что, возясь так долго с людьми, он успел перенять многие их привычки и болезни, и у него есть странное желание воплотиться и поставить в храме свечку богу. Что это? Злая ирония, или истинное желание обрести тело, которое для него недоступно.

И всеми своими бесконечными разговорами, он подталкивает Ивана к пропасти и заставляет его защитить Дмитрия, который ложно обвинен в смерти отца.

И Иван, виноватый в этом больше, должен взять на себя вину.

Мысли Ивана путаются окончательно, он обещает пнуть его, и это приводит черта в восторг, ведь если это случится, то это и станет доказательством того, что он существует, потому что призрака пнуть невозможно.

Он начинает философствовать и о собственном происхождении, проявляя познания всех мифов, спорит с общественным мнением, где его считают падшим ангелом, но сам черт не может припомнить того времени, когда он был ангелом.

Сам себя он относит к языческим мифам, когда появлялись они из капелек воды и в одно мгновение заселили всю землю. И не небеса ему нужны, а возможность оставаться воплощенным среди людей на земле.

Я Сатана и ничего человеческое мне не чуждо, – произносит черт и в этот момент Иван понимает, что не думал так, что такую оригинальную фразу он не мог породить своим больным рассудком.