Гусары денег не берут. Неполная дура

Элеонора снова сладко дремала, свернувшись калачиком на дне ванны и не обращая внимания на лужу холодной воды, в которой мокла ее голова и которая, бодро журча, стекала в сливное отверстие.

Растерев Элеонору докрасна, в нее влили две чашки крепкого кофе и в шесть глаз стали следить за реакцией.

– Ударьте меня, – пробормотала Элеонора, все еще не просыпаясь. – Ну! Дайте мне пару пощечин!

Все растерялись. И тогда Элеонора начала сама хлестать себя по щекам. Потом ущипнула за руку, стукнулась коленкой об стол и наконец открыла глаза.

– Уф! – пробормотала она. – Какая же дрянь эти таблетки! А вы кто такие?

Вопрос относился к подругам. Когда девушки объяснили ей, что расследуют смерть доктора Пешкова и хотят получить помощь от Элеоноры, женщина тут же покачала головой:

– Понятия не имею, кто мог желать ему смерти. Я не настолько хорошо его знала.

– Но вы же были его постоянной пациенткой!

– Виделись с ним каждую неделю!

– Ну и что? Мы с ним говорили обо мне и моих проблемах.

Его личной жизни мы никогда не касались. Это было табу.

– Табу?

– Ну да. Доктор никогда не смешивал личную жизнь и работу. Никакой откровенности с его стороны. Он мог расспрашивать пациентов о чем угодно. А они ни-ни! Так что, можно сказать, я его совсем не знала.

– Но зато вы знали, с кем он разговаривал в тот день, когда его убили.

– И кто к нему приходил помимо вас.

– Я? Откуда?

– Потому что вы сидели в маленькой комнатке позади кабинета доктора.

Это был удар наобум.

Кира, по своему обыкновению, блефовала. Впрочем, почему блеф? Кира ведь была в спальне Элеоноры. А там все пропахло тяжелым восточным ароматом амбры. Тот самый запах, который учуял в приемной доктора Пятипалов. И который, судя по всему, являлся излюбленными духами самой Элеоноры. Конечно, точно Кира ничего не знала. Но ее выпад попал в цель. Элеонора сначала покраснела, потом побледнела, а потом разозлилась:

– Ну и что с того? Сидела я там или не сидела, а только я ничего не знаю!

– Зачем доктор попросил вас задержаться?

– Потому что мы с ним не договорили, а к нему приперся тот придурок.

Вот мне и пришлось спрятаться по просьбе доктора. Он сказал, что переговорит с ним и снова займется мной.

– И о чем они говорили?

– Да ни о чем особенном! Доктор быстро купировал истерику этого актеришки и выставил его из своего кабинета.

Было похоже, что Элеонора говорит правду. Во всяком случае, она подтверждала слова Пятипалова.