Квартирант с приданым

И почему-то ей показалось на мгновение, что принцесса – это она сама. И что это ее готов носить на руках этот немолодой и странноватый мужчина. И что жизнь Насти в одночасье вдруг способна сказочно перемениться, если она сейчас скажет «да» и примет этого человека в свою жизнь. Не будет больше ни полунищенского существования, ни чужих обносков, ни паники при виде дырки на ботинке. Настя внезапно почувствовала, как на глаза у нее наворачиваются слезы. Но, конечно, всему виной был голодный желудок. Будь Настя сыта, она бы никогда не расчувствовалась из-за слов подвыпившего незнакомца и его несуразных обещаний.

Патрульные тоже увидели, что Настя плачет. Но причины ее слез понять не смогли и по простоте душевной сделали неправильные выводы:

– Напугал девушку!

– Напился, посиди в отделении!

И взяли его под локотки. На свою беду, мужчина попытался оказать сопротивление. Он рвался к Насте и кричал, что они семья, что они должны жить вместе, чем окончательно перепугал ее и убедил патрульных, что надо тащить задержанного к ним в отделение.

Мужчину увели, а Настя на подгибающихся ногах протопала в магазин. В голове шумело, перед глазами все плыло. В магазине было так душно, что у девушки закружилась голова, и она была вынуждена ухватиться за тележку, чтобы не упасть. Хорошо еще, что в рюкзаке нашлась бутылочка минералки, на дне которой еще оставалась пара глотков. Вода взбодрила Настю, но еще более кстати сейчас пришелся бы шоколадный батончик. Но такой батончик пробил бы зияющую брешь в финансах девушки.

Сегодня за целый день она еще ничего не ела. Лишь с утра они с Лешей выпили по чашке черного кофе, а потом Настя убежала. Обедать она не пошла, потому что тогда не хватило бы денег купить чего-нибудь им двоим к ужину. Денег Леша ей за комнату еще не дал, наверное, забыл, а Настя у него спросить постеснялась. И поэтому когда она встала перед выбором: либо пообедать самой, либо сберечь скудную сумму, чтобы зайти вечером в магазин, – она выбрала второе.

Выбрала и теперь пожалела. На прилавках все было так дорого, что Настя даже растерялась. Все-таки ее пенсия лишь отчасти покрывала расходы, которые чуть ли не ежечасно возникали у молодой девушки. А уж к концу месяца финансы и вовсе пели, и отнюдь не романсы, а жалобные погребальные песни. И уж совсем было плохо, когда пенсию задерживали.