Селедка под норковой шубой

И видя вытянувшиеся лица подруг, он сказал:

– Но вы не беспокойтесь. Вот он я! Никуда не опоздал. И сейчас избавлю вас от своего багажа!

И с этими словами он лихо поднял таинственно затихшую сумку и рюкзак, послал подругам воздушный поцелуй и исчез.

– Почему ты его не остановила?! – набросилась на Маришу Инна. – У него же там в сумке младенец плакал.

– Не знаю, – пожала плечами Мариша. – А как ты собиралась его остановить? Потребовать, чтобы он открыл сумку и показал нам ее содержимое? На каких основаниях? Мы с ним не настолько близко знакомы, чтобы он нам показывал свое нижнее белье по первой нашей просьбе.

– Не знаю, как ты, а я иду к капитану корабля! – заявила Инна. – Пусть разбирается. Если несчастный малютка еще немного посидит в сумке, то может и заболеть. И вообще, младенец в сумке – это, мягко говоря, странно.

– А вдруг, пока мы ходим к капитану, Миша перепрячет ребенка? – спросила Мариша. – Мы придем, ничего не найдем, а Михаила только насторожим.

– А что ты предлагаешь?

– Нам с тобой самим проследить, что Михаил собирается делать с ребенком, – сказала Мариша.

 – И если увидим, что малышу грозит опасность, то приведем капитана или сами вмешаемся.

– Это дело, – кивнула Инна. – В таком случае ты распаковывай вещи, а я пошла следить за Михаилом.

И она смылась, оставив Маришу наедине с неразрешимой задачей: куда пристроить всю эту кучу барахла, которую они набрали с Инной в показавшееся теперь довольно тесным пространство каюты.

Наконец Мариша просто распихала чемоданы по всем свободным местам и очень довольная отправилась ужинать. Инна и Михаил уже ждали ее в ресторане.

Инна выглядела безмятежно, чем здорово насторожила Маришу. Безмятежной Инну она видела очень редко. Обычно подруга всегда находилась в состоянии нервного возбуждения. И эта безмятежность лучше всяких слов доказала Марише, что Инна притворяется изо всех сил и дела обстоят неважно. Мариша присела к их столику и ласково улыбнулась.

– Ну как дела?

– Отлично, – отрапортовала Инна.

 – Все просто отлично.

Михаил, кажется, так не думал. Выглядел он довольно озабоченным и все время оглядывал стол, словно опасаясь, что еды не хватит. Развлекать подруг он тоже особенно не старался. И в довершение всего, попросив у стюарда пинту свежих сливок, велел принести второй ужин ему в каюту.

– Ты это видела? – наклонившись к Марише, прошептала Инна.

– Он с ума сошел! – согласилась с ней Мариша.