Принц на белом пони

А эта Лена… мошенница! Втерлась к нам в группу, получала знания бесплатно. А ведь только беременные, состоящие на учете у нас в консультации, могут посещать занятия бесплатно.

– Но я читала, что занятия добровольные.

– Добровольные для тех, кто состоит на учете у нас! – отрезала преподавательница.

– Почему же вы не контролируете?

– Так раньше только наши беременные и приходили. Другим-то зачем? А теперь слух разнесся, вот и приходят все, кому не лень!

И вперив в Киру испытующий взгляд, она поинтересовалась у нее:

– Вот вы, к примеру, у нас на учете состоите?

– Да! У меня и карточка с собой есть.

И Кира вытащила карту беременной, которую, по счастью, захватила сегодня с собой. Страшно себе даже представить, что бы с ней стало, не окажись у нее карты. Обозленная тем, что какие-то две аферистки совершенно без всяких на то оснований посещали ее уроки, преподавательница буквально рвала и метала. Кира даже подумала: наверное, в школе и институте эта тетка была отличницей, но отличницей-врединой из тех, кто никогда не дает списывать у себя остальному классу.

Таких людей никто не любит, да и за что любить? Ну что с того, если две девочки и прослушали пару лекций бесплатно и без всяких на то оснований? Если они беременны, им же надо знать, как вести себя во время родов. А вдруг у них просто нет денег, чтобы заплатить за эти посещения? Судя по скромной одежке, скорей всего, именно так и было.

И тут Кира услышала:

– И вообще, мне кажется, что эта Лена с Галей и не беременны вовсе!

– Что? – удивилась Кира.

– Откуда я знаю? Может, хотели тут у нас поднабраться опыта, посмотреть, как себя беременные ведут, подробности разные разузнать, а потом воспользоваться этим в своих целях.

– Это в каких же целях?

– А все очень просто. Небось девчонки просто хотят развести своих женихов.

– Как?

– Сплошь и рядом такие случаи встречаются! Сначала притворяются такие мерзавки беременными перед какими-нибудь хорошими чистыми мальчиками, те на них женятся, а потом вынуждены содержать всю свою жизнь дармоедок блудливых.

В голосе этой тетки прозвучало такое ожесточение, что у Киры невольно закралась мысль, а не случилось ли что-то в этом духе с самой теткой или, скажем, с ее сыном. Уж очень близко к сердцу она восприняла эту историю. И неприязнь, плескавшаяся в ее словах, была похожа на личную.

Но все же Кира не сдавалась:

– А телефоны Лены и Гали у вас есть?

– Есть.