Принц на белом пони

Дорогу до нужного ей дома Кира помнила хорошо, поэтому добралась без всяких приключений. И в полной уверенности, что поступает хорошо, подошла к знакомым воротам и нажала на кнопочку звонка. Какое-то время ничего не происходило, потом послышались шаги и недовольный женский голос произнес:

– Кто там?

– Я к Лене.

За дверью возникла пауза.

– А… а ее тут нет.

– Да? А у меня для нее вещи.

– Что за вещи?

– Целая сумка. Там и куртка, и сапожки, и еще всякая всячина. Откройте, а? Я приятельница Лены, вот и…

Но договорить Кире не удалось.

Дверь начала открываться.

– Нет, но я все равно не понимаю, а почему вы ко мне?.. – произнес тот же голос и внезапно замолчал.

Перед Кирой стояла та самая Галка, с которой они виделись на занятиях.

– Ой! – пискнула она.

– Ой, – согласилась с ней Кира. – Ты чего тут делаешь?

– Как это чего? Живу.

– Тут?

– Ну да, это мой дом. Вернее, моего бати. Он у меня автомаляр.

Это Кира поняла еще в прошлый раз. Вот только она почему-то думала, что автомаляром трудится родитель Лены, а оказывается, Гали.

– Значит, это твой дом? – спросила у девушки Кира.

Галя кивнула.

– А Лена?

– Ее тут нет.

– Но она твоя подруга?

Снова кивок, но уже не такой решительный. Но все же Галя выдавила из себя:

– Подруга… да. Слушайте, а насчет вещей вы соврали?

– Почему? Вот они.

И Кира указала на сумку, которую загодя достала из багажника.

– Тут все, как я говорила. У моей подруги один размер с Леной. Вот она и набрала всего, что ей самой не нужно.

Но ты не сомневайся, все вещи либо новые, либо почти новые.

– Тогда пойдемте в дом, а то мне нельзя долго на холоде стоять.

Голос Галки прозвучал просительно. Кира и сама уже начала подмерзать и поэтому с радостью согласилась.

Войдя в дом, она сняла обувь. И только после этого взглянула на Галку.

– Батюшки! – невольно вырвалось у нее. – Что у тебя с лицом?!

Лицо Галины было покрыто множеством мелких и крупных красных прыщей, некоторые из них уже подсыхали, другие активно гноились.

Некоторые были замазаны зеленкой, другие красовались в своем естественном виде. Самые большие были размером с горошину, лицо у Галки раздулось и, наверное, девушке было ужасно больно.

– Ужас, да? – печально произнесла Галка. – Это ветрянка так с осложнениями у меня проходит.

– Ветрянка?

В воспоминаниях Киры промелькнули ее собственные детские годы, когда бабушка несколько дней мазюкала ее зеленкой и не выпускала на улицу.