Зонтик для дельфина

Постучав в нее, девушки не услышали ответа, но все равно вошли.

– Ой! – вскрикнула Инна, первой оказавшись в комнате. – Мамочка моя!

Мамочку свою Инна вспомнила очень кстати. Потому что она уже давно отправилась на небеса, куда явно собиралась и легонько раскачивающаяся в петле под потолком девушка. Увидев самоубийцу, подруги дружно взвыли. Словно она только этого и дожидалась, люстра, на которой висела девушка, внезапно издала сухой треск. Крепление, которому было без малого два столетия, не выдержало большого веса и вырвалось из потолка.

И Олеся вместе с люстрой, кусками штукатурки и проводки рухнула на пол с трехметровой высоты. Квартира содрогнулась, и в ней на мгновение стало тихо.

– Боже мой! – воскликнула Мариша, бросаясь к упавшей девушке.

Через минуту петля с шеи была снята, остатки люстры отброшены в сторону, а Олеся получила пару смачных пощечин вместо деликатного искусственного дыхания и массажа сердца. Как ни странно, пощечины отлично подействовали. Олеся вздохнула, порозовела и открыла глаза.

Увидев над собой два незнакомых лица, она попыталась что-то сказать, но вместо этого из ее горла вырвался лишь жуткий хрип.

– Молчи, дура! – прикрикнула на нее Мариша. – Ишь чего удумала! Из-за мужика в петлю лезть! Сейчас я тебе так влеплю, мало не покажется.

Подруги потащили вяло сопротивляющуюся Олесю к продавленному пружинному дивану под чистым, но старым и застиранным до проплешин покрывалом.

– Что вы с ней делаете? – раздался за их спинами раздраженный старушечий голос.

 – И чего громыхнуло-то?

– Олеся пыталась вкрутить лампочку в люстру, – сказала Мариша, оглянувшись и увидев сухонькую, но очень живую и противную старушку. – Но упала. И люстра рухнула. Прямо ей на голову. Хорошо, не насмерть!

– Вот ведь дура девка! – разозлилась бабка. – Чуть до инфаркта меня не довела. Взяла бы у меня стремянку! Потолки-то у нас за три метра. Кто же с табуретки лампочки в люстру вкручивает? Ну, дура, ведь она и есть дура! Что с нее взять! Не убилась, говорите?

– Нет, жива, – сказала Мариша.

 – Только голос со страху потеряла. А так цела.

– Ну, ну, – неодобрительно отозвалась старушка. – Пойду чайку ей поставлю. Верно говорят, дуракам везет. Ведь люстра-то тяжеленная. Другой бы на башку свалилась, точно убила бы.

И бабка удалилась, ворча на тему, что таких, мол, дур, которые, вкручивая лампочку, страхуются толстенной бельевой веревкой, но не подумают взять стремянку, еще поискать нужно.