Ведьмы горят на рассвете

Она однажды призналась мне, что вовсе не любила его, но любила, как он позволяет ей чувствовать себя могущественной. Для сестрёнки жизнь была как игра.

«Игра, в которой она нравилась каждому и в которой сама я побеждать не умела».

– Дурацкая игра, – ворча, повторила я.

Заметив моё кислое лицо, Богдан снова нахмурился. Развернул своё инвалидное кресло передом к трёхэтажному зданию больницы, которое казалось бесцветным на фоне яркого неба, и спросил:

– Видела городского сегодня?

– Видела.

 – Да, я заглянула в больничный коридор, когда проходила мимо крыльца. Мальчишка местным явно не был: нос у него покраснел от нашего солнца, и он не выглядел загорелым, как Богдан, или хотя бы привыкшим к теплу, как я. Ещё он где-то порвал джинсы, а худи измазал уличной пылью, и когда заметил мои любопытные глаза, то вытаращился на меня в ответ так, будто хотел уничтожить весь мир своим разъярённым взглядом. – Кто он?

– Без понятия. Но приехал он на такси и буквально вывалился из тачки.

Медбратьям пришлось тащить его внутрь.

Словно почувствовав, что о нём говорят, этот самый мальчишка вскоре появился на крыльце. Он уже не казался сердитым, разве что утомлённым, и на ноге у него теперь красовался гипс. Незнакомец оглядел двор, но его никто не ждал, поэтому он достал из кармана телефон, а потом, очевидно, передумав, спрятал обратно. Снова оглядевшись, заметил нас.

Наши взгляды пересеклись, и мы уставились друг на друга. Его тёмные глаза, – странно контрастирующие с золотистыми локонами, – буравили мои собственные долгое, неуютное мгновение.

Он был примерно того же возраста, что мы с Богданом, а может, на год младше. Четырнадцать? Тринадцать?.. Однако его надменный вид давал ясно понять, что чувствует он себя гораздо старше.

Подхватив костыли, он неуклюже направился к нам.

– Вы курите? – поинтересовался он, подковыляв. Ужасное оправдание, чтобы начать беседу, однако его ослепительная улыбка ничем этого не выдала.

Помрачнев, Богдан ничего не сказал.

– Не курим, – ответила я.

– Отлично, я тоже. – Он отставил костыли и плюхнулся на скамейку рядом со мной. Выгнул шею, посмотрел на книжку Богдана. – А что читаете?

Богдан по-прежнему молчал.

– «Сказания света», – сказала я.

– О! – незнакомец просиял. – Та книжка, вроде альтернативной истории мира, только с магией? – уточнил он. – Ненавижу.

Я растерянно моргнула.

– Она ж иррациональная, – пояснил он.