Ведьмы горят на рассвете

Лаверна косится на Мира, Мир смотрит на Аделарда и до того как успевает что-либо сказать, Аделард кивает, позволяя своим солнечным очкам упасть со лба на переносицу.

– Договорились, – говорит он.

– Но кости ты свои не получишь, – тут же шипит мне на ухо Мир. – А второе условие?

Я колеблюсь.

– И если… когда мы поймаем вашего маньяка, его убью я.

На этот раз никто не переглядывается. Между нами лишь повисает тишина. Странная, холодная, неопределённая тишина. Когда у меня были силы, мне не приходилось гадать, что чувствуют люди, а значит, не приходилось и задумываться об их намерениях.

Я ощущала чужие сердца вокруг точно своё собственное, мне достаточно было прислушаться. Сердце – наглый предатель. Оно ёкает от воодушевления, стучит от страха и трепещет, пропуская удары, от счастья. Последнее состояние моё любимое: сердце спокойное и тёплое, жаждущее доверять. Так легко его убедить, так легко им манипулировать.

Теперь же я слепа перед этими сердцами, и мне приходится играть по правилам: вглядываться в лица и надеяться, что я не спутаю эмоции в глазах.

Что же ещё я потеряла, не зная, что буду жалеть об утрате?

Когда я кошусь на Мира, он отводит свои серые, словно буря, глаза, отказываясь встречать мой взгляд, не давая даже возможности попытаться уловить его мысли. Беспокоится, что я испорчу тело Полины, если использую её руки для убийства? Или хочет убить виновника сам?

– Если ты и правда сможешь отыскать убийцу, – наконец отвечает Мир с вновь искусно бесстрастным выражением лица.

Однако не говорит «да». И когда я полагаю, что разговор окончен и собираюсь залезть на заднее сиденье машины, Мир вдруг упирается ладонью в дверь, захлопывая её перед моим носом. – Ну уж нет, Огонёчек. Будешь сидеть спереди. Где я могу за тобой присматривать.

Клянусь, я и правда перережу ему глотку во сне, если он продолжит принимать за меня решения.

– Согласно статистике, – говорю сквозь зубы я, – вероятность получить смертельные травмы при автокатастрофе на переднем сиденье выше.

Уголки его губ дёргаются в дьявольской усмешке.

– Какая удача, ты уже мертва.

* * *

Мы выезжаем из старых кварталов, минуем мосты и новенькие блестящие небоскрёбы и прибываем в Берёзовую рощу на окраине города. Именно в этой роще нашли Джасну, последнюю жертву, и именно здесь я должна доказать свою незаменимость.

По зелёным дорожкам нам приходится пробираться пешком, потому что, очевидно, даже дорогим автомобилям не разрешено ездить по лужайкам.