Кого не видят глаза

«Дафна сама докладывала мне о каждом вашем шаге», – прозвучали в голове слова фомора.

Нет, Никк не обладал достаточным искусством, чтобы незаметно вырезать эту часть из воспоминания.

– В другой раз, – покачал головой он и поднялся на ноги. – Просто поверь, много чего там пошло не по плану. И в этом чуть больше нашей вины, чем все знают, но меньше, чем некоторые думают.

Шан напрягся.

– Ведь вы не помогали Хэллхейту, как поговаривают?

– Конечно нет. Но если кто-то и может сейчас найти фоморов и все исправить, то это мы.

Знать бы только, в каком направлении они отправились.

– Я знаю, что двух охранников убили в коридоре западного крыла, – снова расслабившись, пожал плечами Шан, – и еще одного садовника нашли мертвым в оранжерее медных цветов. Тоже у западных ворот.

– Серьезно? – надежда загорелась у Никка в сердце. – Что ж ты сразу не сказал?

– А как тебе поможет эта информация? Пойдешь в одиночку выслеживать сына Крейна и всю его кровожадную компанию?

Никк не ответил и опять полез в сумку.

Нет, его идея была куда лучше. Опаснее. Отчаяннее. Наконец, на самом дне, под вещами он нашел, что искал, – кортик с лезвием багрово-синего цвета.

– Я не собираюсь сидеть здесь и ждать разрешения на прогулку, – сказал Никк, уверенно сунув кортик за пояс.

Рукоятка немного выступала из-под куртки, а рисковать было нельзя. С сожалением скинув полюбившуюся земную одежду и натянув неприметную мантию чуть выше колен, Никк повернулся к другу.

– Ты со мной?

Шандар сдвинул брови, явно раздумывая.

Никк уж было подумал, что годы его отсутствия не пошли на пользу их дружбе, и шуточная детская клятва: «Любая опасность вдвоем – приключение!» – действительно была лишь игрой. Но в следующую секунду Шан поднялся и продемонстрировал торчащий из голенища такой же кинжал.

– Думаешь, старейшины соскучились по нашим содрогающим землю шалостям? – с лихой ухмылкой спросил он.

Глава 4

Новый день

Мороз теперь пробирал до костей, леденящая дрожь охватила все тело, зубы стучали.

Хотелось еще отдохнуть, но здравый рассудок говорил – нет, кричал, – что спать больше нельзя, и требовал немедленно найти источник тепла.

Аня потерла глаза замерзшими пальцами и огляделась.

Небольшая комната, пол и стены которой облицованы грубым камнем. Вовнутрь дневной свет проникал лишь сквозь высокое узкое окно сбоку. Помимо кромки небес, затянутых пеленой сизых облаков, ничего не видно.