Кого не видят глаза

Истинные мотивы сына Крейна оставались ей неясны, но побег теперь был неудачно вычеркнут из списка возможных действий.

Лир тем временем обогнул одну из башен, миновал завалы, оставшиеся от когда-то стоявших здесь построек, и вышел на противоположную от леса сторону здания.

Взору открылся бескрайний океан. Клиф, на краю которого стоял форпост, делал небольшой изгиб, а дальше простиралась бирюзовая водная гладь, сияющая на солнце и постепенно растворяющаяся в туманном горизонте.

– Сутала по ту сторону пролива.

 – Лир кивнул на обрыв, о подножие которого с шумом разбивались непокорные волны. – Если собираешься бежать, тебе туда.

– Боюсь, в земной школе не учат ходить по воде, – язвительно отозвалась Аня. Если фомор решил над ней поглумиться, она это терпеть была не намерена.

– Ну-у, на Да’Арии вообще нет школ в земном понимании этого слова. – Лир подошел к самому краю и глянул вниз, изучая побережье. Ветер взъерошил его волосы, черные, как пламя, созданное из чистой мглы. – Каждый учит лишь то, что ему нравится.

Хотя и отвечать приходится впоследствии каждому самостоятельно.

Аня пропустила его слова мимо ушей. При дневном свете она наконец получила возможность критично осмотреть себя – и ужаснулась!

Синие джинсы и бежевый топ, позаимствованные еще у Амариллис в Келасе, превратились в жалкие лохмотья. Волосы мерзко липли к лицу, руки и ноги были измазаны грязью. Если бы Аня в таком виде показалась на улице родного города, ее непременно сочли бы за бездомную.

Да и внутри, сказать по правде, было похожее паршивое чувство.

– Так что, продолжим разговор? – снова раздался голос Лира. Он успел усесться на землю лицом к океану и прислонился спиной к камню, с интересом наблюдая за Аней.

– Думаешь, я поверю, что ты все подстроил, просто чтобы поболтать с даитьянами? – сухо осведомилась она, держа дистанцию. – Теперь еще скажешь, что ты один из тех, кто борется за добро?

Лицо Лира исказилось, будто от адской боли, а затем стало пугающе серьезным.

Его пальцы, теребившие травинку, замерли.

– Если ты все еще воспринимаешь мир в черно-белых тонах, то да, я не злодей из твоей сказки, землянка.

Аня почувствовала, что в ее мысли проникла крупица сомнения. Нет, она не должна так сразу верить Хэллхейту. Неважно, сколь убедительны его слова и доброжелателен взгляд. Это ложь.

– Я не хочу воевать с даитьянами, Аня. – Лир опустил плечи, точно сдаваясь. – Я хочу положить конец бессмысленной войне.