Зимний вечер в проруби

Ой, Ромка пришел. Ну, отстань! Хи-хи! Холодный!

– А что у меня есть! – раздался в трубке голос Ромки.

– Ах, батюшки! – заверещала Танька. – Какой красивый! Спасибо, Ромочка! Поставь его на окно. Я сейчас закончу и посмотрю. Поставил! Умница, а теперь иди, я по телефону разговариваю! С кем, с кем! С Маришей! Нет, не обманываю!

И, счастливо хихикая, Татьяна снова вернулась к разговору с Маришей.

– Представляешь, пришел с улицы и сразу ко мне целоваться полез, – счастливым голосом сообщила она Марише.

 – Просто никогда с ним такого не было. Шутит теперь все время. Цветы дарит. Вот и сейчас принес.

– Что принес? – с любопытством осведомилась Мариша.

– Цветущую бегонию! – ответила Таня. – В красивом таком горшочке. И огромную. Вся роскошными темно-розовыми крупными цветами осыпана. Просто загляденье. Сейчас пойду думать, куда ее пристроить, чтобы такая красота видна получше была.

Мариша покосилась на свой собственный подоконник, где уже давно не появлялись новички, и вздохнула.

Увы, ей похвастаться было нечем. Ее муж Смайл в последнее время возмутительно отлынивал от своих обязанностей холить, баловать и лелеять свою женушку.

– Ты же знаешь, как я домашние цветы люблю, – продолжала распространяться Танька. – Вот Рома и проявил внимание.

– Заботливый он у тебя, – согласилась Мариша, чувствуя, что ее берет страшное зло на собственного мужа.

– Так ты подумай, кого с собой к нам в деревню возьмешь! – произнесла Таня и, попрощавшись, помчалась к своему роскошному цветку и обожающему ее мужу.

А Мариша осталась одна в пустой квартире, без роскошной бегонии и вообще без мужа, который снова пропадал по своим делам. В такой ситуации ей оставалось одно испытанное средство. Пожаловаться маме. Но Тамара Ильинична – мама Мариши, которой та в отчаянии позвонила, наотрез отказалась от предложенной ей зимней поездки за город.

– Нет уж! Если бы еще летом, я бы прокатилась. А что зимой в деревне хорошего? На печке греться? А тебе что там делать? Таня ведь с мужем едет.

А твой мужик в рейсе.

– Там, кроме нас, еще куча народу будет, – втолковывала маме Мариша, отлично понимая, что мама права.

Да и ее собственное чутье подсказывало, что в деревню среди зимы ехать не стоит. Оставалось только изобрести предлог, чтобы Таня сочла его достойным и не обиделась. Про себя Мариша решила неожиданно заболеть. Что-нибудь такое легкое, но заразное. Свинка там или чесотка на худой конец.