Птичьи разговоры

А вылупятся воронята – и их заботливо кормит, пока маленькие и беспомощные…

Что бы ещё о себе рассказать такое?

Любим мы, вороны, запасы делать. Причём, не только пищевые. Таскаем в укромные местечки всё яркое и блестящее, которое и на улицах подбираем, и у людей, каюсь, своровать можем. И ничего в этом плохого нету, просто нам, как и вам, людям, свойственна «тяга к прекрасному»?

Мы даже умнее, чем вы люди считаете! То есть, владеем, ежели и не интеллектом, то определёнными его задатками. Про то, как мы уток обдуриваем, я вам уже говорила.

Но мы ещё прекрасно различаем, когда человек с ружьём идёт (а значит, опасен), а когда без оного. И считать умеем до трёх (ваши учёные выяснили)… а это, согласитесь, для птицы немало!

Или, к примеру, найдёт ворона сухую хлебную корочку, притом, сухую настолько, что даже вороньим клювом её не раскрошить. Другая птица помучилась бы, помучилась над коркой, да и бросила её, но только не ворона!

А ворона возьмёт этот сухарик в клюв, к лужице поднесёт да и размочит.

А уж потом кушает.

Чем не признак интеллекта?

Так что, несмотря на все мои многочисленные недостатки, не надо видеть во мне врага! А то ведь до чего доходило: объявляли меня, ворону, сплошным вредителем, разрешали отстреливать круглый год и даже платили за лапки! Кошмар, да и только!

И хорошо, что в последнее время люди всё чаще задумываться стали над тем, что в природе всё взаимосвязано. А значит и мне, вороне серой, там местечко найдётся.

Вот такое интересное письмо от вороны сорока мне принесла.

А пока я его читал, сама почтальонка на веточке неподалёку сидела, на меня одним глазом поглядывала.

– Ну, что? – прострекотала она, – когда я закончил чтение. – Ответ писать будешь?

– Зачем? – не понял я.

– Не знаю! – пожала крыльями сорока. – Просто у людей так принято!

– Это раньше так было принято! – возразил я. – А теперь люди больше через Интернет общаются. Или посредством мобильного телефона…

И тут мне мысль интересная в голову пришла.

– Вот ворона мне о себе всё рассказала, – говорю. – Надобно мне и о тебе побольше узнать!

– Письмо тебе написать, что ли? – не поняла сорока.

– Зачем, – говорю, – письмо, ежели ты сама рядышком со мной находишься? Давай я тебя буду о жизни твоей сорочьей расспрашивать, а ты мне подробно на вопросы мои отвечать!

Сорока согласилась, и начался у нас разговор.

Сорока, но не воровка…

– Итак, уважаемая сорока, – начал я.