Завет Осириса

Той самой открытой улыбкой, которой некогда (это было совсем недавно, но, казалось, что прошло уже несколько лет) обескуражил её душу.

Марина совершенно искренне собиралась ответить отказом. Причём не в самой мягкой форме. Но почему-то мило улыбнулась и ответила:

– Да, я как раз шла есть. Ты со мной?

– Не совсем.

Улыбка из неуверенной и неловкой превратилась в лучистую и радостную.

– Нет одобрить. Место мну брата.

Марина сначала не поняла. Русский Али хоть и был на достаточно хорошем уровне, но иногда вызвал у неё недоумение.

Вот прямо как сейчас. Но она покорно последовала за своим гидом, и тот отвёл её в магазинчик своего брата. Того самого, которого видела однажды ночью. Выяснилось, что он не просто торгует всякой туристической безделицей, но ещё в магазинчике есть несколько дешёвых пластиковых столиков. Сидя за ними, можно отведать разных напитков, которым принято угощать покупателей в этой стране. Она удивилась, что Камаль, имея магазин, ездит вместе со своим братом по экскурсиям, но спрашивать ничего не стала.

Али сбегал в какое-то кафе и принёс оттуда еды.

Вот таким, далеко не самым роскошным образом, состоялся первый совместный приём пищи этих двух совершенно противоположных и происхождением, и внешностью, и характером людей. Казалось бы, Марина должна была с презрением отнестись к подобному завтраку. Ведь считается, что, когда мужчина хочет покорить женщину, он должен удивлять её шиком. Но Али сумел поразил Марину. Но не роскошью, а наоборот – простотой.

И этот приём сработал.

С тех пор было ещё несколько встреч, и каждая из них была словно десяток свиданий в родной России. Странно, но это воспринималось так в том числе потому, что Али не пытался облапать девушку, как это обычно происходило на Родине. А ведь к ней пытались прикасаться даже здесь, в Арабии, как про себя иногда называла Египет Марина, в стране, где считалась, что у девушек весьма вольное поведение, если не охарактеризовать его более резким словом, если она позволяет хотя бы чмокнуть себя в щёчку.

Вспомнить хотя бы про тот случай, когда её поцеловал продавец в шею, застёгивая цепочку. Марина до сих пор ощущала брезгливость и отвращение, когда вспоминала то мгновение, полное унижения и отвращения.

Но Али был совсем не таков. В его действиях сквозило незримое уважение. Если он не выдерживал и всё же касался своей собеседницы, то как бы ненароком, и тут же убирал руку. И извинялся. Лишь однажды позволил себе вольность.