Завет Осириса

Лишь изредка видела она, что персонаж успевал пару раз кашлянуть кровью, если ранение приходилось в область живота, и сказать впечатляющие предсмертные слова, непременно несущие либо глубинный смысл, либо направленные на то, чтобы растрогать зрителя. Но никто не передавал ужаса, который испытываешь при этом.

Все эти мысли пронеслись в одно мгновение в её голове. И Марина уже открыла рот, чтобы задать миллиард вопросов, которые, как она надеялась, могли бы прояснить ситуацию, но почему-то спросила совсем другое.

– Так ты и вправду египтянин? Не араб? И ты и на самом деле обманул меня, предал и убил бы, если бы я не оказалась этой вашей Предназначенной?

Али мгновение молчал, прежде чем тихо ответил:

– Оба раза да, о, Дурманящая.

Девушка помолчала некоторое время.

– Почему ты в такой странной позе? – совершенно внезапно для себя спросила она совсем не то, что собиралась.

– Мну не смеет подняться, пока нет позволять ты, о, Величайшая.

– И удобно тебе?

– Нет очень.

– Ну что ж, тогда оставайся лежать так.

Девушка отвернулась от лежащего на полу и обхватила колени руками, твёрдо вознамерившись и слова не вымолвить, покуда её не вернут в отель и вообще пока всё не разъяснится. Что именно, девушка, правда, сама не представляла. Однако более десяти минут она не выдержала и заговорила, твёрдо уверившись в мысли всё же не поднимать с каменного пола обманщика.

– Когда нас отсюда выпустят и почему ты здесь?

К своей ликующей радости Марина услышала, что голос Али стал более сиплым от пыли, которой тот вынужден был дышать в своей позе преклонения.

– Как только жрец Мухмед вернётся с совета, который возглавляет, о, Нежнейшая. Мну здесь, потому что мну назначили телохранителем ты, о, госпожа.

Марина истерически расхохоталась. Да уж. Вот она – ирония судьбы. Тот, кто чуть ли не стал причиной её гибели, теперь будет охранять от таковой. Однако девушку больше интересовала структура власти в религиозном сообществе, с которым её жизнь связала Богиня.

– Мухмед – это мой убийца? У вас еще и совет в наличии имеется? Мухмед не возглавляет общество?

– Его слово лишь одно из самых весомых, о, Прекраснейшая ликом и станом, но главы у нас нет, чтобы избежать несправедливость.

Марии стало ещё смешнее.