Погоня за мечтой

 – Могла ли у Льва случиться связь, о которой я не знаю? И он настолько увлекся, что не выходит на связь?

– Нет, – твердо сказал Нечаев, не отводя глаз, продолжил. – Этот вариант исключаем. У Льва никого нет, кроме тебя.

– Тогда случилось что-то страшное, – тихо сказала я.

В комнате повисла тягучая тишина. Она стала невыносимой, хотелось орать, но я не проронила и звука. Оглушенный страшным и внезапным предположением, Нечаев принялся за активную деятельность. Он куда-то звонил, вызывал помощницу Льва, долго ее допрашивал, доведя до слез.

Ходил по комнате, как загнанный в клетку зверь.

Я мало обращала на него внимания. Павел внимательно следил и за ним, и за мной, прислушивался к разговорам, но, казалось, не верил в успех. Все пытались отрицать очевидное – пришла беда.

В памяти ярким воспоминанием проявилось маленькое алое пятнышко на ковре в гостиной. Казалось, еще тогда я поняла, что не увижу больше мужа, теперь же я была уверена в этом. И вместе с этим пришли непонятное спокойствие и усталость.

Потратив на бесплодные звонки больше часа, мужчины решили обратиться в полицию, дабы оповестить органы о произошедшем и подключить их к поиску. Перед этим мы долго и тщательно обсуждали что и как говорить следователю и как себя вести при встрече с ним. Вернее, обсуждали Илья и Павел, мне же отводилась роль послушной марионетки, в точности исполняющей отведенную роль. И я не слишком противилась этому, желая лишь одного – как можно скорее оказаться подальше от этого места и этих людей.

Наконец, вызвали полицию, и двое мужчин прибыли в рекордно коротки сроки. Они вошли в кабинет и сели в роскошные кресла, разложив документы на столе. Не нужно быть следователем, чтобы понять, им не по себе в этом логове адвокатов, в окружении лоска и роскоши. И тот факт, что, вызывая их, Нечаев пообщался с высшим руководством, уверенности им явно не прибавил.

Старшинство в этом дуэте принадлежало Молохову Николаю Сергеевичу, коренастому майору лет сорока.

Непосредственная близость маленькой армии адвокатов благотворно на него влияла, в том плане, что безукоризненная вежливость и обходительность не покидали его на протяжении всей нашей встречи.

Аккуратно записав неровным почерком все сказанное нами, он оставил каждому свою визитку и удалился, пообещав во что бы то ни стало мужа мне вернуть. Живым или мертвым не уточнил.

Весь следующий день я провела в нескончаемой агонии.