Погоня за мечтой

Не решаясь покинуть квартиру, ходила из угла в угол и сотни раз проверяла телефон. Все казалось, что я упустила тот самый важный звонок. Но телефон молчал. Лишь Ленка периодически звонила, следуя нашей договоренности.

И каждый раз я заверяла ее, что со мной все хорошо, беспокоиться не стоит. Но это было не так. Ожидание измучило меня. И доведя себя до точки, я решилась на поступок, о котором еще совсем недавно даже мысли не допускала. Отчаяние толкает на крайние меры.

Я долго колесила по городу, желая убедиться, что «хвоста» нет.

Обнаружить его не удалось. Впрочем, я прекрасно понимала, что с современным техническим развитием для того, чтобы узнать о моих передвижениях, вовсе не обязательно приставлять ко мне накаченных мальчиков, достаточно прикрепить крохотный маячок, и я как на ладони. Но даже это не смогло меня остановить.

Удивительно, сколь значимым может быть один человек для другого, даже не зная этого … Боль, обида, ликование, радость, надежда, страх – все эти чувства могут порождается им в сердце кого-то без всякого желания и даже ведома…

Размышляя над превратностями судьбы, я кусала губы, нервно теребила ключи от машины и часто вздыхала, желая запереть покрепче терзающие мыслишки в подкорках сознания.

Только место для философствования я выбрала не лучшее – подоконник лестничной клетки.

Если уж быть до конца честной, пребывание на этом подоконнике (с него хорошо видна дверь квартиры номер шестнадцать) стало неким достижением, едва ли не подвигом.

Дверь была совершенно не примечательная: обтянутая кожей цвета горького шоколада с небольшими золотыми цифрами, обозначающими номер квартиры.

Дом, где находилась квартира, тоже не выделялся: серая сталинка с просторным внутренним двором и огромной аркой. Таких домов десятки в московском районе – построенных для элиты прошлого, постепенно ставших собственностью элиты настоящего.

Единственно важным, удерживающим меня здесь все это время была хозяйка квартиры. Именно мысли о ней прожигали душу и разум.

Но тревога и боль, появлявшиеся при одной мысли о ней, ставшие неотъемлемой частью ее образа, вполне привычны.

Сегодня я, наконец, решилась встретиться с ней и, усмиряя собственные трусость и гордыню, терпеливо ждала ее появления.

Распорядок ее дня был мне хорошо известен, и, если верить часам, она сейчас вернется из фитнес-клуба, куда ходит три дня в неделю на занятия с личным тренером.

Внезапно послышался звонкий писк домофона, а вслед за ним хлопок закрывшейся двери.