Тонкие струны души разрывая

– Ты ведь не хочешь? – кивнув на стаканчик, спросила я.

– Забирай, – усмехнулся он.

Кофе оставалось на два глотка. Но мне все же стало чуточку легче. Головная боль потихоньку отступала.

– Куда теперь? – не надеясь на скорый сон, спросил водитель.

– Домой, – равнодушно ответила я. Но вскоре передумала.

Миновав КАД, мы помчались по шоссе. За следующим поворотом дорога в Осиново. Она пролегает через небольшой поселок городского типа. Пожалуй, не проложи здесь дорогу, он бы давно захирел, а так существует кое-как.

Земля из-за близости к шоссе и отдаленности от озер и залива интереса у застройщиков не вызывала. К тому же, почва была болотистой. Посему никто реновировать поселок не спешил, вкладывать деньги в его развитие или хотя бы поддержание нормального состояния тоже. Дыра, одним словом. Таких по всей России как колдобин на дорогах.

Идея родилась сама собой. Словно ответ на давно поставленный вопрос. Не только Влад не любил неоконченных дел.

–Километров через пять будет бар.

«Косуха», кажется. Остановись, пожалуйста.

О каком баре речь, Дима, конечно, знал. В подобную забегаловку нормальный человек вряд ли сунется, поэтому его удивление было абсолютно понятно. Однако он быстро нашел оправдание моему сумасбродству:

– Тебе плохо? Может, ускориться и к дому?

– Мне отлично. Ускоряться не будем.

Дима еще думал, как поступить и не наругает ли Влад, а бар уже показался из-за угла. Отступать было поздно. Звонить Владу за инструкциями посреди ночи чревато.

– Не дрейфь, Рыжий Ирокез. Здесь должно быть весело. И люди, наверняка, милые.

Что думает Дима о местном населении и формате заведения, я слушать не стала – по лицу и так было понятно. Выпорхнула из салона, аки ласточка из гнезда, и помчалась навстречу приключениям. С выражением вселенской скорби на лице, Дима догнал меня в пару шагов.

Путь к бару преграждала лужа, больше похожая на озеро. Обойти ее – дело не из простых, ибо куда не посмотри, ее сестры-близняшки повсюду.

Но это днем. А ночью солидный минус, и она вся превратилась в лед. На гладкой поверхности забавно отражалась вывеска с названием бара. В ней не хватало пары букв, но огоньки смотрелись почти по-новогоднему.

Успешно проскользив на высоких каблуках до середины озерца, я все же поскользнулась. Дима тут же меня подхватил и помог вернуть потерянное равновесие. Я одарила его благодарной улыбкой, которую он совершенно не оценил. Как был хмурым, так и остался. Хам.