Циркач

Гришка, чего доброго, может и поколотить – не посмотрит, что друг маленького роста, и влупит от души. В их компании не принято бить только девушек.

Лина болтает что угодно, любую ерунду, а Гришка ее не трогает. Недавно кто-то из одноклассников строил теорию, что она Гришке нравится, поэтому он и терпит. Но Коля думал, что у их большого друга просто кодекс чести – не связываться с девчонками. Лина, пожалуй, не совсем девчонка. По крайней мере, не в общепринятом значении. Ведь она товарищ и совершенно своя в их давнем квартете.

Он и сам бы никогда девушку не тронул, даже если сильно обидела бы. Впрочем, Лина Колю ни разу не обижала и порой ласкалась к нему осторожным, пока не прирученным зверьком. В последний год Коле казалось, что она к нему неровно дышит. Вот была бы потеха: Гришка в нее тайно влюблен, а она сохнет по Коле. Пойди да пойми девчонок! Никто не знает, что им нужно. И товарищ Лина – нисколько не исключение. Не угадаешь, что у нее на уме.

Подошел Шура. Он ненавидел, когда его называют прозвищем, намертво припечатанным к нему с детства.

Хотя новым знакомым он представлялся Сашей, в их дружной своре шансов переименоваться у него уже не осталось. Так всегда бывает: случайно кто-то ляпнул, и если прозвище прилипло, останешься с ним до старости.

Лина за умение Коли подражать голосам птиц называла его Скворушкой. Он умел и свистеть свиристелем, и чирикать по-воробьиному, и ухать по-совиному, и крякать по-утиному, да так правдоподобно, что ребята покатывались со смеху.

– По-моему, вы с Линой бездельники, – выдохнул Шура.

 – Оба от работы отлыниваете. Мы с Гришкой вон какую гору перетаскали, а Лина плетется в конце и кидает по две дощечки. Надоело! А ты так вообще! Бродишь где-то.

– Я не отлыниваю, меня Вернер задержал, – ответил Коля.

– Придумаешь! Болтался, как обычно, за книжками на базар, – не поверил Гришка.

– Я вам, ребята, раньше не говорил, чтоб не сглазить. Но решено, и можно рассказать. Меня в цирк отправляют выступать. Ангажемент пришел, – как можно равнодушнее поведал Коля, чтобы никто не разглядел в его признании хвастовства.

Но разве можно скрыть радость от друзей? Они слишком хорошо знали маленького товарища.

– Да ну, врешь? – крикнул Шура.

– Честное комсомольское, – отрапортовал Коля.

– Сделают из тебя там экспонат на потеху публике, – не успокаивался Шура.

– Ладно вам, – присоединилась к ним Лина, – пойдемте доски таскать. Ангажементы потом.

– Ишь какой важный индюк, слышала? – кивнул ей Гришка.