Онтология православия. Мышление. Топологический материализм

Кропите, небеса, свыше, и облака да проливают правду; да раскроется земля и приносит спасение, и да произрастает вместе правда. Я, Господь, творю это. Горе тому, кто препирается с Создателем своим, черепок из черепков земных! Скажет ли глина горшечнику: «что ты делаешь?» и твое дело скажет ли о тебе: «у него нет рук?» (Исайя 45:5) Горшечник вне горшка, который сотворил и это понятно даже ребенку. То есть весь наличный пантеизм (боги в мире или боги и есть мир) – это общение горшка с горшком, а не горшка с Горшечником.

«Поднимите глаза ваши к небесам, и посмотрите на землю вниз: ибо небеса исчезнут, как дым, и земля обветшает, как одежда, и жители ее также вымрут; а Мое спасение пребудет вечным, и правда Моя не престанет.» (Исайя 51:6) Мир конечен, но, оказывается, богообщение бесконечно. То есть существует часть созданного мира, которая этот мир переживет.

«Ибо Я – Господь, Я не изменяюсь» (Мал. 3:6) – вневременность

«небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут.» (Мф. 24. 35) – конечность созданного мира и наличие некой части, что мир переживет.

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.» (Ин. 1:1) Все (мир целиком) начало быть после/рядом со Словом, которое разом и «у Бога», и «было Бог». Глубина этого изречения требует отдельного анализа.

Перво, это однозначное изложение заявленной аксиомы (Бог вне созданного Им мира). Дальше, это внятное свидетельство «технологии творения» (все через Слово начало быть).

«Да будет свет!», оказывается, не риторический возглас, а Творящее Слово, что было у Бога и было Бог. А еще, это малая дверца в тайну Пресвятой Троицы, в тайну предвечного рождения Христа (Слова Божия).

К этой тайне придется еще вернуться, а пока остановим поток цитат. Их достаточно для чистосердечного признания – Священное Писание утверждает, что Создатель находится вне мира. Несомненное наличие этого «вне» – ключевая аксиома православного мировоззрения.

«Вне» это абсолютно непознаваемо. Любые его реконструкции будут аппликациями из кусочков мира, то есть чудачествами горшка в горшке никак не описывающими ни Горшечника, ни «внегоршечность». Опережая события, скажу, что прокол возможен только извне. Только Сам Бог открывает Себя миру. То есть Истина в православии не объект, а Субъект реализующий Свою Свободную Волю (Живой Бог живых).

Но вернемся.