Я стану твоим рыцарем

Возможно…

Тобиас

– Мне не нравится компания, с которой ты связался. Неужели ты не видишь, что теперь общаешься с теми, кого раньше терпеть не мог?! Чем отличается Бенджамин от твоих новых друзей?

Она стоит, поджав губы, с гордо поднятой головой в своём новом платье, такая красивая, что у Тобиаса захватывает дух, и он не сразу находится с ответом.

– Они понимают меня. И принимают, как своего.

– Но ведь я тоже тебя понимаю.

– Ты – не то!

– Как это? – Девочка поворачивает голову и в её глазах настоящее изумление.

Ему физически становится больно от её боли. Он отдал бы всё, чтобы она никогда не узнала боли и вот сам причиняет ей боль. И всё-таки он молчит. Только упрямо ковыряет землю мыском ботинка.

Она смотрит на него, долго. Потом вздыхает и отворачивается. Ему даже кажется, что он слышит всхлип. И не выдерживает.

– Кэти, прости! Прости меня пожалуйста!

Он пытается взять её за руку, но она вырывает руку и отворачивается.

– Кэти! Ну хочешь я встану на колени, чтобы ты меня простила? – И бухается на колени прямо в весеннюю грязь.

– Перестань! – Она поворачивается к нему и Тобиас видит, как украдкой стирает слезу. – Ну что ты делаешь?!

– Я обидел тебя и нет мне прощенья, – дурашливо уже продолжает он, видя, что она простила.

– Я не могу на тебя сердиться, но ты делаешь мне больно, вот здесь, – и она кладёт руку себе на сердце, совсем не детским жестом.

– Послушай! Посмотри на меня! Я больше никогда не сделаю тебе больно, – Говорит он серьёзно и смотрит на неё.

Снизу вверх, стоя на коленях. – И не допущу, чтобы кто-то причинил тебе боль.

– Как ты это сделаешь? – Она смотрит с недоверием. И всё-таки улыбается.

– Я стану твоим рыцарем.

– Как в книгах?

– Ну конечно!

– И надолго?

– Навсегда! – Отвечает тихо и склоняет голову.

– Подожди. Я сейчас.

Девочка серьёзно смотрит на него, потом срывается с места. Через несколько минут она возвращается с большой корявой палкой.

– Я принимаю твою присягу и посвящаю тебя в рыцари, сэр Тобиас Ритар.– И она кладёт ему палку на голову. А потом, рассмеявшись, выкидывает. – Вот и всё. Теперь ты от меня никуда не денешься.

– Как будто я хотел. – Говорит он нарочито хмуро, а в душе всё поёт почему то.

«Я больше никогда не сделаю тебе больно» – звенело в ушах, делая жизнь почти невыносимой. Он пробовал напиться. Не помогало. Не было забвения от её голоса, который проникал в душу.