Девальвация человечности

 – Твари!– закричал он не своим голосом, обращаясь к людям, с которыми минуту назад обменивался смертельными выстрелами, прижимая тело погибшего друга ближе к себе, словно намереваясь укрыть от происходящего вокруг хаоса.

–Давай же,– шепот развеивал легкий ветер, – Давай же!– перешел на крик. Он неустанно тряс его несколько секунд, полностью отключившись от остальных событий ужасающей реальности, до тех пор, пока не почувствовал отсутствие пульса. – Черт!– ударил он безжизненную землю кулаком. – Черт!– снова удар, еще один.

На кисти руки проступили кости, кожа разодрана яростью, свисающие ошметки плоти не заслуживают внимания. Никакой физической боли. Их кровь, двух друзей, живого и мертвого, слилась в единую струю, с жадностью поглощаемую ненасытной землей.

– Слишком все это, уж слишком, – обращался он к кровожадным Богам, допустившим смерть лучшего друга, проглатывая, с горечью слёз едкий ком утраты. – Прости, – наклонившись над телом Фреда, он начал нашептывать ему последние слова, – не ради такой жизни мы все воевали, не таков должен быть конец.

Марк, аккуратным движением грубой мужской руки, с трепетом закрыл глаза друга, оставив на его лице лишь прощальную улыбку, не скрывая от мира непереносимую горечь утраты, боль потери.

–Медленно опустите оружие!– послышался грубый голос командира и Марка стали окружать.

–Но…

–Молчтать! – рявкнул он снова.

Марк спокойно опустил оружие и покорно убрал руки за голову, чтобы было проще его схватить.

– Мне плевать, – индифферентно ответил он.

Подул холодный ветер и одним жёстким ударом, мужчина, что ранее был его же командиром, наставником этой троицы, вырубил его. Алчность и вседозволенность разжигают в сердцах истинного дьявола. Оглушенный ударом, Марк проснулся уже в своей комнате, запертый и отрезанный от внешнего мира.

–Ну что, дело дрянь, – думал он про себя, болезненно припоминая последние события. – Демьян, надеюсь, тебя не найдут.

Внезапная мысль, идея, заставила его вскочить с кровати, сканируя комнату серьезным взглядом, он начал беспорядочно метаться из стороны в сторону.

– Где оно, ну? Да, господи! Сколько тут хлама?

Он бегло, словно заведенный, внезапно стал рыскать по своей комнате, разбрасывая все вещи, одежду, бумаги и даже книги, из одного угла комнаты в другую, оставляя после себя полнейший хаос, словно безумный искатель, одержимый не менее безумной идеей.