Чернолунье 2. Воровка сердец

На каждой стене висели дорогие картины и портреты в золочёных рамах, на столах и тумбочках стояли искусно расписанные вазы из разных стран и династий. У Дая возникло чувство, что он на выставке. – Он не убит и не похищен?

– Вероятность похищения очень велика, – задумчиво ответил Саймон. Они бесшумно шли мимо комнат. Лишь тихо позвякивали ножны на поясе Саймона, да «трость» Дая. Кое-где стояли слуги, а рядом с ними констебли. Они брали показания.

Саймон и Дай приветственно кивнули им.

– Служанка графа уверяет, что слышала в его комнате звуки борьбы, – продолжил он.

 – А когда она вбежала туда, огромная тень уже выпрыгнула в окно.

Саймон остановился напротив широкой двери, по бокам которой дежурили констебли и следили, чтобы ни один посторонний не пролез на место преступления.

– Саймон Джагер и Даймонд Леруш прибыли, – отчеканил он и дружелюбно улыбнулся, показывая удостоверение. Внимательные глаза охранников скользнули на Дая.

Он поспешно раскрыл своё фальшивое удостоверение детектива и с кислой гримасой кивнул.

– Надеюсь, вы помните – ничего не трогать, – строго сказал констебль, подозрительно косясь на тёмно-серую макушку Дая. Он снова надвинул на голову кепку.

– Я помню.

Двери перед ними распахнулись, и Дай вошёл первым, на ходу натягивая чёрные перчатки. В комнате стоял полумрак, тихо потрескивали зажжённые подсвечники на стенах, пахло сыростью и прохладой из-за распахнутого окна.

Напротив него расположился дубовый письменный стол с бархатной бордовой вставкой посредине.

По левой стене стояли пустые книжные полки, а сами книги валялось рядом на полу. Бордовое кресло было опрокинуто. Ковёр на паркете сбит и истоптан грязными ботинками.

Дай презрительно хмыкнул. Что за отношение такое к месту преступления?!

Но даже не в этом было самое страшное.

Дай поднял глаза и обомлел. Стены в комнате и углы были изрезаны или тяжёлым мечом или… когтями. Да, разрезы большие, словно следы от когтей какой-то твари. Словно какой-то зверь взбесился и начал в исступлении бросаться на стены.

Сзади объявился Саймон, он держал в руках откуда-то взявшееся досье, раскрыл его и зачитал:

– Граф Кэтрис Жерон, после ужина попросил служанку Вайолет подать его любимого мятного чаю, а сам уединился в своём кабинете…

Из доклада Дай понял: служанка Вайолет, поднимаясь по лестнице с подносом в руках, услышала звуки борьбы, после чего с криками о помощи ворвалась в комнату графа, но «некая огромная тень» к тому моменту уже выпрыгнула из окна.