Снимай меня полностью

 – Спрячь сейчас же! Это нельзя показывать людям! Ни за что! А эти пальцы на ногах? Почему они у тебя такие длинные? Признавайся, ты ими играешь на пианино?

– Рома, прекрати… – Она всхлипнула, задыхаясь от смеха. Вытянула ноги и пошевелила пальцами, отчего Рома завизжал и закрыл лицо ладонями.

– Злая ты! И толстая! И попа у тебя толстая!

– У меня?! – Юна вскочила и повернулась спиной. – Как тебе не стыдно! Ты просто не видел толстых поп! Смотри, – она качнула задом. – Почти не трясется.

– Я больше никогда не смогу уснуть! За что ты так со мной? – простонал он и щелкнул затвором.

– Ага, а сам фотографируешь! Признавайся, спрячешь потом и будешь разглядывать, потому что лучше попы ты не видел!

– Пф-ф-ф… Ничего подобного. Просто отправлю ее на конкурс «Самые ужасные попы мира». А ты пока освобождай место на полке для главного приза!

– Бессовестный! Все ты врешь. – Юна сама не понимала, как Роме удалось затянуть ее в какую-то странную игру, но включилась со всем азартом и не могла остановиться.

Почему-то, когда он говорил ей комплименты, поверить было трудно. А вот сейчас от всех этих шуточных оскорблений ей до смерти захотелось доказать, что она – самая роскошная женщина, которая только переступала порог этой студии. И как ни странно, Юна сама в это почти поверила. – Может, скажешь, что есть еще конкурс на самую страшную грудь?

– Есть, – деловито кивнул Рома. – Но я же не могу оставить и этих бедолаг без надежды на победу?

– Вот как, да? Значит, у меня некрасивая грудь?

– Не вынуждай меня.

Не хочу, чтобы ты тут опять распустила нюни.

– Я?! Да ни в жизни! Давай вываливай свою правду.

– Окей, – Рома скрестил руки на груди, придирчиво оглядывая свою модель. Юна все еще стояла спиной, придерживая простыню спереди и терпеливо ждала вердикта. – Думаю, если бы японцы захотели снять самый кассовый хоррор всех времен, то твою левую грудь взяли бы на главную роль.

– Что?! – ахнула Юна.

 – И тебе не стыдно? Ты ее даже не видел! И вообще: почему именно левую?

– Считай, чутье. Левая нога у тебя короче, левый глаз меньше, а левая половина попы страшнее правой.

– Вот так, да?

– Именно так.

– Ну, держись! – она воинственно прищурилась.

– Да ты не бойся, у меня корвалол под рукой.

Юна медленно повернулась, отшвырнула простыню и поиграла бровями.

– Выкуси! – довольно выдала девушка, подбоченившись.