Синий бант

Господи, неужели это правда?!

– Я так ждала эту поездку, никогда не была на подобных выставках. Здесь все очень интересно и… – Дуняша вздохнула и прижалась плотнее к его плечу. – А сейчас больше всего хочу домой. Ты хочешь домой?

– Мой дом там, где ты.

Свершившийся факт расширился окончательно и обрушился во всей своей непреложности на совершенно растерявшегося Тобольцева.

Ему казалось, он сейчас лопнет. Просто лопнет от знания, открывшегося ему. Как все будет. И что он больше не сам по себе.

Теперь он отвечает не только за себя. И не только за Дуню, которая вполне взрослый человек и в целом сама за себя в состоянии ответить. Теперь есть еще некто, кто появится на свет благодаря ему, Ивану. И за которого он отвечает отныне и до конца дней своих.

Как страшно.

И прекрасно.

В голове что-то перемкнуло, и, чтобы не сойти с ума окончательно, он произнес, прижимая крепко и бережно свою женщину к груди.

– Если будет сын, то назовем Франк… фурт. А если дочка – то Майна.

Дуня рассмеялась. И даже не стала спорить.

А родившееся спустя восемь месяцев дитя не назвали ни Франкфуртом, ни Майной, потому что бабушка Идея была против.

ТТ

Дочитать статью про новинки косметики не получилось. Интересный рассказ о свойствах ночного крема 30+ прервал возмущенный детский возглас:

– ПапА-А-А!!!

Именно так – на последний слог. Практически по-французски.

Дуня отложила глянцевый журнал и перевела взгляд туда, где около самой кромки воды строился замок из песка.

Вернее, замок уже был построен, и теперь начинались дурачества. В чем в чем, а в этом Ваня был мастер. Как показала жизнь, детство все эти годы мирно спало в нем, а с появлением Танечки – проснулось, и если папа и дочка начинали играть, то выглядели ровесниками.

– А взлослая у нас мама, – важно объясняла Таня бабушке Иде совсем недавно, когда та красноречиво посмотрела на грязные джинсы сына после догонялок в детском городке.

Взрослая мама Дуня в умопомрачительном купальнике в крупный горох удобно устроилась на пляжном лежаке и принимала солнечные ванны.

Потому что долгожданный отпуск, и можно рано не вставать и наслаждаться беззаботностью целых десять дней. На столике под зонтиком стоял стакан с апельсиновым соком. Море было голубым-голубым, совсем без волн, а солнечные блики сверкали серебристыми пятнышками.

– ПапА-А-А! – восторженный визг, и дочка быстро отскочила в сторону, успев увернуться.