Трубадура

Всё рядом, всё близко.

– Слушай… А вы комнаты не сдаёте?

– Нет, – ответ прозвучал резко. – Иди, неси печенье и чайник.

– А почему? – Стёпа подпёр плечом косяк, удерживая поднос одной рукой. – Места у вас тут много, а деньги, по-моему, вам лишними не будут. То есть…

Хозяйка квартиры молчала, но Стёпка сам сообразил, что выразился не самым удачным образом.

– Я хотел сказать, что деньги вообще лишними не бывают. А я… ну ты же поняла, что я про себя спрашиваю… Я бы у вас комнату снял.

Потому что…

– Дед против посторонних людей в квартире. Пошли.

За столом дед завёл непринуждённый разговор:

– А вы на каком факультете учитесь, Степан Аркадьевич?

– А… кхм… это… – Стёпа отложил надкушенный бутерброд. После пробежек аппетит всегда зверский. – Здоровья и реабилитологии.

– Вот как? Похвально.

Степану налили еще чаю, расплескав не больше четверти на блюдце. Тура едва слышно вздохнула, но промолчала.

– Стало быть, медициной интересуетесь?

– Спасибо, – Степан взял чашку.

 – Вроде того. На кафедре спортивной медицины как раз.

– Слышал, слышал… А что же, профессор Лягинцев у вас преподаёт? Помнится, у нас с ним в свое время была знатная полемика… по некоторым вопросам.

Фамилию Степан слышал. Примерно в том контексте, что и про царя Гороха. То есть этот Лягинцев преподавал в институте очень давно.

– По-моему, уже нет, – осторожно ответил Стёпа и осторожно же пригубил чай.

– Ну да, – неожиданно грустно согласился Дуров.

 – Он же старше меня лет на пятнадцать. Умер, наверное. Это я всё задерживаюсь. Надоел всем, да всё никак не уйду.

Внучка профессора метнула на Степана яростный взгляд. Прожгла просто насквозь. Да что он такого сказал? Не специально же, и вообще, не он этот разговор начал. Но неловкость исправить следовало немедленно. И, кстати…

– Павел Корнеевич, а вы, случайно, комнаты студентам не сдаёте?

Дочь гордых норвегов застыла с чашкой в руке на грани сильнейшего возмущения и крайнего изумления – видимо, и то, и другое относилось к Стёпкиной наглости.

А вот профессор Дуров, кажется, ничуть не удивился вопросу.

– Вы о себе хлопочете, Степан Аркадьевич?

– Да. Я не местный. Снимаю жилье, но далеко от института. Мне было бы очень удобно жить рядом с институтом. Я… – тут Степан вдруг ощутил, что южная горячая кровь у него взыграла, и сейчас его куда-то понесёт.