Укрощение рыжего чудовища

 – Тебя величать-то как, сердитая?

Варвара промолчала. Зато мысленно поздравила себя с победой над пьяным хамом. Так держать.

– Варвара Глебовна, охранника звать? – поинтересовалась Зоя Анатольевна.

– Не надо. Так договорились, – Варя снова принялась за работу. Пока они препиралась, накровило преизрядно. Пришлось менять марлевую турунду.

– Значит, Варвара? – не унимался ее горе-пациент. – Не идёт тебе это имя.

– Помолчи, а? Ты мне шить мешаешь, – Варвара поняла, что церемониться смысла уже нет.

– А я шёпотом, – просипел он.

Варя невольно улыбнулась – вышло у него это забавно.

– Ты замужем?

– Нет.

– Почему?

– Принца жду.

– А… Чего, не торопится пока принц?

– Да не видно что-то.

– Капризная, – почему-то весело хмыкнул тип.

– Мы, блондинки, все такие. Слушай, серьёзно тебе говорю – помолчи. А то шов кривой будет. Ты и так не красавец.

Он едва слышно фыркнул. А Варя почувствовала, как ноги коснулись его пальцы. Провёл вверх. Потом вниз, до колена. Да шут уже с ним, за ногу пусть лапает, всё равно два стежка осталось.

Но вот наконец последний узелок завязан, повязка наложена, листок с рекомендациями вручён в руки сопровождающего лица, которое рассыпалось в благодарностях, выводя своего подопечного из кабинета. Перед дверью ее бедовый пациент обернулся.

– До завтра, красавица. Я завтра забегу.

– Забегай. На перевязку. Трезвый.

Дверь закрылась. И она с медсестрой остались в кабинете одни.

– Зоя Анатольевна, посмотрите, там еще есть кто?

– Пусто! – довольно отрапортовала медсестра, выглянув за дверь.

– Пьём, – согласно кивнула Варя, садясь на место. И тут заметила на углу стола красную бумажку. Пять тысяч рублей. – Это они оставили?

– А кто же еще? – пожала дородными плечами Зоя Анатольевна. – Хоть какое-то понятие о совести есть, если денег оставили за всё, что тут натворили.

– Заберите себе, – прозвучал резко голос Вари.

– И не подумаю, – отмахнулась медсестра. – И вы эти ваши привычки бросайте, Варвара Глебовна.

Но Варю не оставляло ощущение, что эти деньги – плата за возможность полапать ее. Однако, пришлось взять – переупрямить Зою Анатольевну невозможно. Убрав купюру в стол, Варя сняла трубку с телефонного аппарата для местной связи.

– Данила Григорьевич, привет.

– О, разговариваешь? Хороший признак. Давай, Вареничек, поднимайся, чайник как раз вскипел.

Варя вздохнула.