Академия Иллюзий. Танцы на осколках

Музыка все нарастала, заглушая и слова Мигеля – что он говорит? почему смотрит с изумлением и восхищением, забегая вперед? – и шум падающих конструкции, и даже тонкий вой завесовой твари, вырвавшейся на свободу.

Прямо навстречу моим раскинутым рукам.

Я не стала её уничтожать – нечем. Просто поймала, как будто так и нужно, и волчком, раскручиваясь все сильнее, устремилась прочь.

Тварь уничтожил Мигель… наверное. Я не думала об этом. Я танцевала. Осознав до конца, что танец – это не магия.

Танец – это я.  И он остался со мной и будет всегда, даже если весь прочий мир снова отправится в Зазеркалье.

Я дотанцевала круг больше не тронутая Гранями и их последствиями. Вышла за пределы полигона, сделала последний глубокий вдох… и со стоном рухнула на землю.

Нет, не рухнула. Меня подхватил – Кинтан. Сказал что-то резкое Мигелю и уволок прочь, в сторону. Моя пятерка сгрудилась надо мной, как няньки над королевским младенцем. Ливия обтерла лицо и прошептала какие-то заговоры, Отавио дал напиться, Кинтан попробовал передать  мне хоть немного силы, а Филипп прикрыл все это безобразие.

– Это было потрясающе, – прошептал мне капитан. – Когда я предложил тебе такой путь даже не ожидал  подобного эффекта. Не думал, что в нашей академии настолько хорошо обучают танцу.

В академии – нет. А вот лучшие королевские наставники вполне способны справиться.

Но этого я, понятно, не сказала.

В общем, через короткое время я смогла хотя бы ровно стоять и идти, не пошатываясь.

Если кто и обратил внимание на наши странности, то ничего не сказал – списали, наверняка, на то, что мы из Эроима. Напротив, магистр даже выразил восхищение, что мы справились с первого раза – смотрел он при этом на довольную Ливию. А другие студенты подходили к нам и уточняли, будем ли мы показывать «танцевальные приемы», на что Филипп и Кинтан многозначительно кивали.

Хотя нет, один человек оказался сильно заинтересован в произошедшем.

Мигель смотрел на меня задумчиво и хмуро… и так пристально, что я, не выдержав его взгляда, отвернулась.

И неискренне засмеявшись чьей-то шутке, отправилась вместе с пятеркой переодеваться и завтракать.

8

– Эй ты, эроимка!

Внутри дергает от этого противного голоска, но я заставляю себя не то что не оборачиваться, но даже не сбиваться с шага.

– Эй, я к тебе обращаюсь!

Вдох-выдох.